Российские нефтегазовые компании в африке

Приоритетное в российской экономике развитие нефтегазовой отрасли привело к тому, что основной областью сотрудничества России с арабскими государствами стала энергетика. В последнее время интеграция российских компаний в сферу нефте- и газодобычи в странах Ближнего Востока и Северной Африки осуществляется быстро, несмотря на ряд возникающих проблем.

Российские нефтегазовые компании в основном сотрудничают с Саудовской Аравией, ОАЭ, Египтом, Алжиром, Ираком и Ливаном.

В целом российские нефтегазовые компании очень трезво подходят к своим ближневосточным и североафриканским проектам, действуя прагматично с учетом своих интересов, без каких-либо неоправданных рисков. Можно прогнозировать развитие деятельности Газпрома и ЛУКОЙЛА на Ближнем Востоке (ОАЭ, Саудовская Аравия), особенно в сферах разработки и эксплуатации нефтегазовых месторождений и геологоразведки. В свете последних событий в Ираке, Ливии и Йемене российским нефтегазовым компаниям лучше пока воздержаться от деятельности в этих странах, пока политическая ситуация более-менее не стабилизируется. Перспективно сотрудничество со странами Персидского Залива, а в Северной Африке — с Египтом, Алжиром, Суданом и Южным Суданом.

Приоритетное в российской экономике развитие нефтегазовой отрасли привело к тому, что основной областью сотрудничества России с арабскими государствами стала энергетика. В последнее время интеграция российских компаний в сферу нефте- и газодобычи в странах Ближнего Востока и Северной Африки осуществляется быстро, несмотря на ряд возникающих проблем. Это и потенциальные восстания (призрак арабской весны, который не покидает ближневосточные страны), политические репрессии, междоусобные войны и т.д. Следует отметить еще и тот факт, что на Ближнем Востоке и в Северной Африке успех бизнеса зависит не только от политически стабильной ситуации, но и от верной стратегии взаимодействия с людьми, представляющими интересы властных институтов на данной территории.

Российские нефтегазовые компании в основном сотрудничают с Саудовской Аравией, ОАЭ, Египтом, Алжиром, Ираком и Ливаном. В конце января 2018 г. Минэнерго РФ сообщило, что Москва и Дамаск подписали дорожную карту сотрудничества в энергетике и электроэнергетике на 2018 г. и последующий период, предусматривающую восстановление, модернизацию и строительство новых энергетических объектов в Сирии. Однако компании не спешат реализовывать это соглашение, пока политическая ситуация в САР не станет более стабильной. Похожая ситуация сложилась в отношениях с Ливией и Йеменом.

Что касается Судана и Южного Судана, то обе страны стремятся к сотрудничеству с российскими нефтегазовыми компаниями, предлагая им инвестировать в местные месторождения углеводородов. В конце апреля 2018 г. советник министра нефти и газа Судана Абдельзахир Мухамед Абдельзахир сообщил, что Судан пригласил к себе российские нефтекомпании; несколько компаний уже проявили интерес, и среди них, по словам Абдельзахира, Роснефть, ЛУКОЙЛ и Татнефть. Советник сказал, что они «обменялись контактами; с их представителем, собираются передать им материалы, будут очень рады сотрудничеству, и «это только начало». Говоря об Иране, стоит отметить, что, к сожалению, сегодня санкции США не позволяют российским компаниям полноценно сотрудничать с этой страной в углеводородной сфере.

Газпром

ОАО «Газпром» — крупнейшая российская энергетическая компания, являющаяся мировым лидером в этой отрасли. Ее деятельность реализуется по нескольким направлениям: геологическая разведка углеродов (преимущественно газа), добыча, транспортировка, переработка, реализация газа и углеродов.

Алжир

Как известно, стратегия развития Газпрома как глобальной энергетической компании нацелена на построение всей цепочки — от добычи до сбыта углеводородов на новых для компании рынках на базе добычных мощностей за пределами России. Именно поэтому Алжир представляет для нее большой интерес, ведь его доказанные запасы природного газа составляют порядка 4,5 трлн куб. м, а нефти — 1,5 млрд т. В рамках своей стратегии Газпром ведет разведку углеводородов на сухопутном участке Эль-Ассель в Алжире. Сначала в 2006 г. Газпром и Алжирская государственная нефтегазовая корпорация «Sonatrach» подписали Меморандум о взаимопонимании, в котором определили направления развития и взаимодействия в нефтегазовой сфере. Затем, в 2008 г., между Газпромом и Алжирским национальным агентством по развитию углеводородных ресурсов «ALNAFT» был заключен контракт на разведку и добычу углеводородов в Эль-Ассель. Этот проект реализуется в партнерстве с Sonatrach, причем оператором является Gazprom International. Доля Газпрома в проекте составляет 49%, Sonatrach — 51%. При этом к территории контрактного участка было присоединено ранее открытое месторождение Землэ Эр-Реккеб.

Лицензионный участок Эль-Ассель расположен в нефтегазовом бассейне Беркин и состоит из трех блоков общей площадью 3250 кв. км. В 2010 г. Газпром на участке Эль-Ассель начал бурение первой поисковой скважины Rhourde Sayah-2, в результате были открыты запасы углеводородов на блоке 236b. В апреле 2016 г. на участке Эль-Ассель было закончено бурение девяти поисково-разведочных скважин. Результаты исследований подтвердили наличие продуктивных залежей углеводородов. По состоянию на 31 декабря 2017 г., обязательства по I, II и III фазам геологоразведочных работ выполнены. Подготовлены планы разработки месторождений ZERN, ZER, RSH и RSHN.

В начале января 2019 г. стало известно о том, что Gazprom International заинтересована в двух проектах в Алжире и готовит свое коммерческое предложение в их отношении. В Минэнерго уточнили, что речь идет о месторождениях Рурд-Сая и Северный Рурд-Сая, по которым проводились геологоразведочные работы. При этом от участия в разработке Землэ Эр-Реккеб и Северного Землэ Эр-Реккеб российская сторона отказалась. Министр энергетики РФ Александр Новак сообщил, что он попросил продлить срок предоставления коммерческого предложения на два года (до июня 2021 г.).

Ирак

Компания «Ирак Газпром нефть Бадра» («Iraq Gazprom Neft Badra») является оператором разработки месторождения Бадра в провинции Васит на востоке Ирака. Ее доля в сформированном Газпром нефтью международном консорциуме составляет 30%. История проекта Бадра началась в декабре 2009 г. с победы консорциума в составе российской «Газпром нефти», южнокорейской «KOGAS», малазийской «PETRONAS» и турецкой «TPAO» на тендерных торгах, проведенных иракским правительством. Сам контракт был подписан в январе 2010 г. консорциумом в составе российской «Газпром нефти» (оператор проекта с долей 30%), иракской государственной геологоразведочной «Oil Exploration Company» (25%), корейской «KOGAS» (22,5%), малайзийской «PETRONAS» (15%), турецкой «ТРАО» (7,5%). Промысел находится на востоке Ирака, у самой границы с Ираном, причем в Ираке месторождение известно как Бадра, а в Иране — как Азар. По предварительным оценкам, геологические запасы Бадры составляют 3 млрд баррелей нефти. Проект разработки рассчитан на 20 лет с возможной пролонгацией на пять лет. Коммерческая добыча на месторождении началась в 2014 г. Контракт с правительством Ирака на разработку месторождения предусматривает компенсацию инвесторам понесенных затрат, а затем выплату вознаграждения в размере 5,5 долл. за каждый баррель добытой нефти.

В Курдском автономном районе Ирака Газпром нефть через дочернюю компанию «Gazprom Neft Middle East» ведет работу на проектах Шакал и Гармиан. В первом из них доля компании составляет 80%, а 20% принадлежит властям автономии. А в Гармиан, где Газпром нефть является оператором, у нее 40% проекта, еще 40% — у канадской компании «WesternZagros», а у правительства Курдистана — те же 20%, как и в проекте «Shakal». Стоит отметить, что на проекте «Гармиан» техническим обслуживанием занимается нефтесервисная компания «Petrofac», с которой «Gazprom Neft Middle East B.V.» в 2017 г. заключила трехлетний контракт. От освоения еще одного блока — Халабджа — было принято решение отказаться по результатам сейсморазведки, проведенной в 2016 г.

Саудовская Аравия

В октябре 2017 г. Газпром нефть и крупнейшая в мире нефтегазовая компания «Saudi Aramco» подписали меморандум о взаимопонимании в области международного газового сотрудничества. Документ отражает намерение сторон изучить перспективы сотрудничества по всей цепочке создания стоимости — от разведки, добычи, транспортировки и хранения газа до проектов в области СПГ. В апреле 2018 г. состоялось подписание Дополнения к Меморандуму о взаимопонимании между ПАО «Газпром» и Saudi Aramco. Дополнение направлено на расширение возможных сфер сотрудничества компаний. Согласно документу, планируется создать совместный координационный комитет для реализации Меморандума.

ОАЭ

Во время последнего визита президента РФ В. Путина в ОАЭ, который состоялся 15 октября 2019 г., было подписано рамочное соглашение о стратегическом сотрудничестве между Газпром нефтью и ADNOC. Оно охватывает широкий спектр направлений. В частности, компании оценят возможности реализации совместных проектов в геологоразведке, добыче, переработке и сбыте углеводородов, в области развития информационных технологий, искусственного интеллекта. Будут также изучаться перспективы взаимодействия в области разведки и добычи высокосернистого газа, совершенствования методов увеличения нефте- и газоотдачи и инновационных технологий исследования карбонатных коллекторов. Соглашение создает основу для потенциального сотрудничества в развитии производственных аналитических систем для разведки, добычи, логистики, переработки и сбыта углеводородов.
Газпром нефть и ADNOC оценят потенциал реализации совместных проектов в области геологоразведки, разработки и эксплуатации нефтегазовых месторождений, в т.ч. в рамках концессии в эмирате Абу-Даби. Кроме того, одним из возможных направлений научно-технического взаимодействия партнеров станет развитие систем управления, информационных технологий и искусственного интеллекта.

Роснефть

Нефтегазовая компания «Роснефть» — государственное предприятие, включенное в перечень стратегических объектов России. Оно было создано в 1993 г. на базе активов бывшего Министерства газовой и нефтяной промышленности СССР, переданных в 1991 г. госкомпании «Роснефтегаз». В 1995 «Роснефть» была акционирована по Указу президента Б. Ельцина. По состоянию на начало ноября 2018 г., пакеты акций в процентном соотношении распределялись следующим образом: ведущую роль играла Роснефтегаз с 50% акций из основного количества (контрольный пакет). Около 19,7% владела компания «BP Russian Investments Limited», а еще 19,5% распределялись между другими собственниками (Qatari QH Oil Investments LLC — 18,93%, Небанковская кредитная организация акционерное общество «Национальный расчетный депозитарий» — 10,39%, другие юридические и физические лица — соответственно — 0,58% и 0,34%, Российская Федерация в лице Федерального агентства по управлению государственным имуществом — 0,01%).

Основной деятельностью Роснефти является поиск и добыча углеводородов: нефти и газа, их переработка и реализация. Деятельность предприятия в основном сосредоточена на территории Российской Федерации, но существуют и подразделения в других странах.

Египет

Одним из ярких примеров успешной стратегии компании является газовое месторождения Зохр на глубоководном шельфе Египта. В октябре 2017 г. Роснефть закрыла сделку по приобретению у итальянской Eni S.p.A 30% в концессионном соглашении на разработку месторождения Зохр — крупнейшего газового месторождения в Средиземном море. Стоимость приобретения доли Роснефти составила 1,125 млрд долл., а также компания обязалась компенсировать Eni свою долю в понесенных исторических затратах по проекту. Вместе с Роснефтью в этом проекте задействованы соответственно Eni (60%) и BP (10%). Как сказал Игорь Сечин, комментируя сделку по приобретению доли в концессионном соглашении на разработку газового месторождении Зохр, Роснефть «вошла в проект мирового уровня». В сентябре 2018 г. на официальном сайте российской компании появилась информация о том, что производственные мощности проекта «Зохр» увеличены более чем на 25% — до объема свыше 56,6 млн куб. м газа в сутки (или 2 млрд куб. футов). Это стало возможным благодаря вводу в эксплуатацию пятой очереди завода по подготовке газа на месторождении, а также запуску второго экспортного трубопровода и новых скважин. До конца 2019 г. опережающими темпами планируется нарастить объем добычи газа до проектных мощностей — 76 млн куб. м в сутки (2,7 млрд куб. футов газа в сутки). По итогам первого полугодия 2018 г., на месторождении Зохр было добыто около 3,1 млрд куб. м газа.

Ливан

В январе 2019 г. Роснефть и Министерство энергетики и водных ресурсов Ливанской Республики договорились о передаче в операционное управление российской компании терминала по хранению нефтепродуктов в городе Триполи (второй по величине город Ливана и главный порт на севере страны) на 20 лет. Договоренность также предполагает проведение работ по его реконструкции и расширению. Комментируя достигнутое соглашение, главный исполнительный директор Роснефть Игорь Сечин заявил: «Реализация проектов на Ближнем Востоке является одним из стратегических направлений развития Компании. Договоренность позволит Роснефти укрепить свое присутствие в регионе и повысить эффективность действующих интегральных производственно-сбытовых цепочек, а также будет способствовать развитию международного трейдинга компании. Мы надеемся на дальнейшее расширение сотрудничества с Ливаном и реализацию ряда других возможных проектов в нефтегазовом секторе этой страны».

Катар

В начале сентября 2018 г. нефтетрейдер «Glencore» объявил о завершении сделки по продаже пакета в 14,16% Роснефти суверенному фонду Катара (Qatar Investment Authority, QIA). Эта сделка стала одной из крупнейших в нефтегазовой отрасли. По ее итогам была сформирована оптимальная структура акционерного капитала Роснефти, сравнимая с другими ведущими компаниями отрасли: контрольный пакет акций (50,01%) был сохранен в собственности государства; 19,75% акций принадлежит ВР — многолетнему стратегическому технологическому партнеру Роснефти; 19,5% акций находятся во владении созданного на паритетных началах консорциума «Glencore» и «QIA»; 10,75% акций остаются в свободном обращении на мировых фондовых площадках, во владении крупных международных и российских инвесторов.

ЛУКОЙЛ

ЛУКОЙЛ — одна из крупнейших публичных вертикально интегрированных нефтегазовых компаний в мире, на долю которой приходится более 2% мировой добычи нефти и около 1% доказанных запасов углеводородов. Она осуществляет разведку и добычу в 12 странах мира, основные работы сосредоточены в России, Центральной Азии и на Ближнем Востоке.

Египет

ЛУКОЙЛ является участником проекта Мелейя в Египте (Западная пустыня) со сроком действия контракта до 2024 г. Мелейя — один из первых зарубежных добывающих проектов ПАО «ЛУКОЙЛ». Компания вошла в него в 1995 г. Сегодня в нем участвуют ENI (76%, оператор) и ЛУКОЙЛ (24%). В последние годы на блоке по результатам активной доразведки, включая сейсмику 3D и разведывательно-поисковое бурение, открыто несколько новых высокопродуктивных месторождений: Северная Нада и Гавахер (2007 г.), Аркадия (2010 г.), Эмри Дип (2012 г.), Роза Норт (2013 г.) и Мелейя-Уэст (2014 г.).

ЛУКОЙЛ также реализует добывающий проект WEEM (West Esh El-Mallaha) в Египте (Восточная пустыня, район города Хургада). На WEEM построено несколько важных инфраструктурных объектов, в том числе резервуарный парк общим объемом 9 тыс. куб. м и экспортный нефтепровод протяженностью 100 км, который связал месторождения блока с нефтеналивными терминалами на западном побережье Красного моря — Рас Эль-Бихар и Гебель Аз-Зейт. А в феврале 2010 г. ЛУКОЙЛ вошел в проект WEEM Extension в Египте (участок вплотную прилегает к блоку WEEM с северо-востока). Участниками проекта стал ЛУКОЙЛ (50%, оператор) и Tharwa Petroleum (50%). Выполнены обязательства по геологоразведке участка, включающие бурение поисково-разведочных скважин и проведение 3D-сейсмики. Пробная эксплуатация началась в 2010 г., тогда же получена лицензия на разработку сроком на 20 лет.

Ирак

Судя по открытым данным, ЛУКОЙЛ искал возможности по расширению своего бизнеса в Ираке с конца 1990-х гг., когда компания и правительство Ирака договорились о разработке нефтяного месторождения Западная Курна. Из-за санкций и конфликтов в регионе Российское намерение работать в Ираке осуществилось только в 2009 г., когда Россия выиграли тендер на разработку месторождения Западная Курна-2. Срок действия контракта составляет 25 лет, объемы добычи в 800 тыс. баррелей в сутки должны быть достигнуты к концу 2024 г. Первая нефть на проекте Западная Курна-2 была получена в марте 2014 г., и к сегодняшнему дню здесь достигнут наибольший прирост добычи по Ираку — 400 тыс. баррелей в сутки. Сегодня на месторождении добывается 385 тыс. баррелей в сутки с формации Мишриф, что составляет 9% от общей добычи нефти в Ираке и 12% от иракского экспорта.

ОАЭ

В середине октября 2019 г. ЛУКОЙЛ вошел в проект по добыче углеводородов, подписав соглашение с ADNOC о присоединении к концессии Гаша c долей участия 5%. Проект Гаша включает девять мелководных месторождений в Персидском заливе к западу от Абу-Даби, а концессионная территория охватывает еще и месторождения Hail и Dalma. По оценкам экспертов, данная концессионная территория содержит 141 млрд куб. м природного газа. Разработку месторождений предполагается вести с искусственных островов. Планируется, что добыча на проекте начнется в середине 2020-х гг. в объеме более 40 млн куб. м природного газа в сутки, добыча нефти и газового конденсата составит 120 тыс. баррелей в сутки. Помимо ЛУКОЙЛ в проект Гаша уже вошли Eni (25%), Wintershall (10%) и OMV (5%). По заявлению ADNOC, первоначальный взнос ЛУКОЙЛ в качестве вознаграждения за вхождение в концессию Гаша составит 190 млн долл. Поддержку ЛУКОЙЛ в этом проекте окажет РФПИ в рамках трехстороннего соглашения о будущем сотрудничестве в рамках концессии Гаша между ЛУКОЙЛ, ADNOC и РФПИ.

Саудовская Аравия

Деятельность ЛУКОЙЛ в Королевстве Саудовская Аравия началась в марте 2004 г., после победы компании в тендере по разведке и разработке месторождений Блока А в пустыне Руб аль-Хали. ЛУКОЙЛ первым из России получил доступ к разработке недр этой страны. Блок А площадью около 30 тыс. кв. км был расположен в южной части Саудовской Аравии, в пустыне Руб аль-Хали, рядом с крупнейшим в мире нефтяным месторождением Аль-Гавар. ЛУКОЙЛ вошел в проект по разведке и разработке Блока А в марте 2004 г. Срок действия контракта — 40 лет.

Для реализации проекта было создано совместное предприятие «LUKOIL Saudi Arabia Energy Ltd» (LUKSAR), в котором 80% принадлежит LUKOIL Overseas Riyadh Ltd и 20% — государственной нефтяной компании «Saudi Aramco». Летом 2004 г. открыт офис LUKSAR в городе Аль-Хобар (Восточная провинция). По итогам геологоразведочных работ, в феврале 2007 г. LUKSAR объявил об открытии в восточной части блока, на структуре Тухман месторождения углеводородного сырья с ресурсами около 100 млн т у. т. Затем было заявлено об открытии газоконденсатного месторождения Мушаиб с извлекаемыми запасами около 150 млн т у. т. Всего за геологоразведочный период на блоке пробурено девять поисковых скважин. В связи с переходом к фазе оценки открытых месторождений 90% территории Блока А было возвращено в госфонд, в результате чего общая площадь территорий оценочных работ месторождений Тухман и Мушаиб составила 2,9 тыс. кв. км. В рамках оценочных работ была пробурена оценочная скважина на месторождении Тухман и выполнены научно-исследовательские работы по выбору оптимальных технологий добычи трудноизвлекаемого газа по обоим месторождениям.

Татнефть

ПАО «Татнефть» – одна из крупнейших российских нефтяных компаний, вертикально-интегрированный холдинг. В составе ее производственного комплекса стабильно развиваются нефтегазодобыча, нефтепереработка, нефтехимия, шинный комплекс и сеть АЗС. Татнефть также участвует в капитале компаний финансового (банковского и страхового) сектора. Само производственное объединение «Татнефть» было создано в 1950 г. на основании постановления Совета Министров СССР.

Сегодня на долю этой компании приходится около 8% всей добываемой нефти в России и свыше 80% нефти, добываемой на территории Татарстана.

Сирия, Иран и Ливия

Гендиректор компании Наиль Маганов утверждает, что «добыча нефти в Иране, Ливии и Сирии входит в долгосрочную стратегию российской “Татнефти”, которая собирается развивать свои проекты в этих государствах». Ранее Татнефть осуществляла свою производственную деятельность в Ливии в 2005–2014 гг. по концессионному соглашению. Однако затем в стране разгорелись военные действия, поэтому российское предприятие свернуло здесь свою работу, а в 2017 г. Н. Маганов заявлял, что его предприятие не собирается возобновлять добычу в этой стране до тех пор, пока ситуация в государстве не стабилизируется.

В Сирии Татнефть имеет подписанные контракты на условиях раздела продукции. Однако (в связи с политической обстановкой на территории контрактных участков компании в Сирии) исполнение программы геологоразведочных работ приостановлено. По официальной информации, «планами на 2018 год предусмотрено продолжение мониторинга развития ситуации в данных странах с целью возобновления работ после стабилизации обстановки и получения гарантий безопасности работающего на месторождении персонала».

«Зарубежнефть»

АО «Зарубежнефть» — диверсифицированный нефтегазовый холдинг, единственным акционером которого является Российская Федерация. Он занимается эксплуатацией действующих месторождений нефти и газа в России и за рубежом и обеспечивает максимально эффективное и комплексное извлечение углеводородных ресурсов. Компания имеет богатую историю реализации международных нефтегазовых проектов по всему миру, и в частности на Ближнем Востоке и в Северной Африке. В разное время она сотрудничала с Алжиром, Египтом, Ираком, Ираном, Кувейтом, Ливией и Сирией, где были построены крупные нефтегазовые объекты, введены в эксплуатацию национальные нефтепромыслы, проведен большой объем геологоразведочных работ и инженерно-геологических изысканий, подготовлены программы комплексного развития нефтяной промышленности.

В Ираке при участии Зарубежнефти был построен ряд ключевых объектов нефтегазовой промышленности, реализованы контракты на обустройство I, II и III очереди крупнейшего месторождения Северная Румейла, обустроены месторождения Лухейс и Нахр Бен Умр, построены объекты закачки воды в пласт на месторождении Северная Румейла, выполнено обустройство первой очереди нефтяного месторождения Западная Курна и осуществлено бурение ряда скважин на юге Ирака. Сотрудничество с Ираком длилось более 35 лет, однако после начала военных действий в 2003 г. работа в этой стране была приостановлена. Более 35 лет Зарубежнефть также осуществляла сотрудничество и с сирийскими нефтяными компаниями. Введенный с помощью Зарубежнефти национальный нефтегазовый промысел Румелан стал базой для создания и становления в Сирии нефтяной отрасли. Специалисты Зарубежнефти обустроили и ввели в эксплуатацию месторождения Хасеке и Джебисси, готовили документацию для разработки месторождений Суэдия, Румелан, Карачок и Алиан. В Кувейте в 1991 г. специалистами Зарубежнефть были организованы и проведены работы по тушению пожаров на нефтепромыслах после прекращения войны с оккупировавшим страну Ираком. Большой объем работ был проведен и в Ливии.

В декабре 2018 г. Россия и Сирия в рамках 11-го заседания российско-сирийской межправкомиссии по торгово-экономическому и научно-техническому сотрудничеству подписали коммерческие соглашения в сфере разведки и добычи углеводородов. По итогам заседания был подписан ряд коммерческих соглашений, в т.ч. в сфере разведки и добычи углеводородов на территории Сирии. Подробности соглашений не раскрываются — не называются ни российские компании, участвующие в сирийских проектах, ни сами проекты. Тем не менее еще в июле 2018 г. Минэнерго РФ назвало компании, которые уже начали геологоразведочные работы (ГРР) на суше и на шельфе в Сирии, и среди них Зарубежнефть и Зарубежгеология, которые изучают возможности восстановления сирийских нефтегазовых месторождений.

В конце сентября 2017 г. министр энергетики РФ Александр Новак сообщил журналистам о том, что Зарубежнефть предложила компаниям из Алжира технологии по повышению эффективности действующих месторождений. Российский нефтегазовый холдинг готов оказать алжирцам свою поддержку для повышения эффективности их уже действующих месторождений, ведь именно такая экспортная технология сегодня часто реализуется Зарубежнефтью. Пока этот вопрос находится на стадии обсуждения.

В октябре 2018 г. в офисе АО «Зарубежнефть» состоялась встреча генерального директора компании Сергея Кудряшова с министром нефти Южного Судана Эзекилем Лол Гаткуотом. По итогам переговоров о перспективах совместной реализации нефтяных проектов в Южном Судане стороны подписали меморандум о взаимопонимании, предполагающий сотрудничество в нефтяной сфере. Он действовал до октября 2019 г. и подразумевал изучение вопросов, связанных с трейдингом нефтепродуктов, строительством нефтяных хранилищ и технологической поддержкой. Министерство нефти Южного Судана сообщило, что, согласно документу, государственная нефтяная компания Южного Судана «Nilepet» поделится информацией о существующих и новых проектах для возможного сотрудничества, Зарубежнефть окажет техническую поддержку в сфере инжиниринга и геологоразведки. Напомним, что доказанные запасы нефти республики Южный Судан подтверждены на уровне 3,5 млрд баррелей.

В конце сентября 2019 г. стало известно о том, что Зарубежнефть ведет переговоры с властями Омана о вхождении в нефтегазовые проекты страны, в том числе в Морской блок 8. Отмечается, что этот актив достаточно зрелый, в начале 2019 г. из-за завершившегося соглашения о разделе продукции из него вышли норвежская DNO и корейская LG. Эксперты отмечают, что Зарубежнефти интересны уже изученные проекты с низкими рисками, но переговоры пока находятся на начальной стадии. Сделка, скорее всего, не потребует от российской компании больших затрат: по оценке аналитиков, весь блок 8 оценивается максимум в 40 млн долл. и может стать для Зарубежнефти неплохим приобретением с прицелом на расширение географии на Ближнем Востоке.

НОВАТЭК

ПАО «НОВАТЭК» — крупнейший независимый производитель природного газа в России, в 2017 г. Компания вышла на международный рынок СПГ в связи с успешным запуском проекта «Ямал СПГ». Созданная в 1994 г., компания занимается разведкой, добычей, переработкой и реализацией газа и жидких углеводородов. Месторождения и лицензионные участки «НОВАТЭК» расположены преимущественно в Ямало-Ненецком автономном округе, крупнейшем в мире регионе по добыче природного газа, на долю которого приходится около 80% добычи газа в России и приблизительно 15% мирового объема добычи газа.

Ливан

9 февраля 2018 г. НОВАТЭК сообщил о подписании соглашений с правительством Ливанской Республики о разведке и добыче углеводородов на 4-м и 9-м шельфовых блоках. Партнерами российской компании стали французская «Total» (оператор проекта) и итальянская «Eni». По мнению экспертов, скорее всего, НОВАТЭК участвует в л​иванском проекте ради сотрудничества со своим главным партнером — французской «Total» (владеет 18,9% НОВАТЭК и 20% Ямал СПГ), а также в виде «реверанса» в сторону российского правительства, которое заинтересовано в присутствии на Ближнем Востоке. К тому же, так как НОВАТЭК осуществляет ливанский проект в консорциуме, финансовые риски для него минимальны. Подписанное соглашение дает компаниям право на проведение геологоразведки в течение 5–10 лет. В случае подтверждения коммерческих запасов консорциум должен будет утвердить с правительством Ливана план разработки; это даст партнерам право на добычу ресурсов на протяжении еще как минимум 25 лет. Напомним, что по предварительным оценкам геологической службы США, в Левантийском осадочном бассейне (Восточное Средиземноморье) может содержаться до 3,5 трлн куб. м газа и до 220 млн т нефти.

Кувейт

12 октября 2018 г. данные отслеживания судов Refinitiv Eikon подтвердили тот факт, что российская компания «НОВАТЭК» начала осуществлять поставки сжиженного природного газа (СПГ) в Кувейт. «Танкер с ямальским СПГ прибыл в Кувейт в середине сентября 2018 года после запуска второй очереди завода», — проинформировало агентство. Отмечается также, что НОВАТЭК вел переговоры с Kuwait Petroleum Corporation о поставках СПГ в Кувейт уже несколько лет. Напомним, что ранее глава Kuwait Petroleum Corporation Насер Абдулла аль-Салех утверждал, что Кувейт каждый год собирается закупать российского сжиженного природного газа объемом до 1,5 млн т. Известно, что кроме СПГ Кувейт заинтересован еще и в российских шельфовых проектах. Так, Kuwait Foreign Petroleum Exploration Company (KUFPEC) хотела бы принять участие в разработках месторождений углеводородов в Каспийском море. Здесь сегодня ведут производство Газпром, Роснефть и ЛУКОЙЛ.

Саудовская Аравия

В середине февраля 2018 г. НОВАТЭК подписал меморандум о сотрудничестве с саудовским государственным нефтегигантом «Saudi Aramco». Документ предусматривает осуществление совместных инвестиций в газовую индустрию, в том числе, в развитие рынков СПГ. «Мы видим большие перспективы взаимовыгодного стратегического партнерства с Саудовской Аравией. Наша компания обладает высококачественными запасами природного газа и уникальным опытом реализации СПГ-проектов в российском арктическом регионе», — отметил в этой связи председатель правления российской компании Леонид Михельсон.

Однако в мае 2019 г. СМИ сообщили о том, что Saudi Aramco отказалась от участия в совместном с НОВАТЭК проекте по добыче и сжижению газа «Арктик СПГ-2». Сообщается, что саудовская компания отказалась от вхождения в капитал проекта из-за невыгодных условий, предложенных НОВАТЭК, и перспектив наложения западных санкций из-за сотрудничества с Россией в энергетической сфере. Согласно еще одной версии, российская компания предпочла сотрудничать с китайскими компаниями CNODC и CNOOC — каждая из них получила по 10% в проекте, соответствующее соглашение было подписано в конце апреля 2019 г. Еще 10% достались французской «Total», договоренность с которой была достигнута в 2018 г. Таким образом, Saudi Aramco могла претендовать лишь на 10% совместного предприятия, поскольку изначально НОВАТЭК объявлял, что готов продать иностранцам суммарно не более 40% в проекте. Напомним, что саудовская компания предварительно меняла оценки своих возможных инвестиций от 20 до 30% доли.

В целом российские нефтегазовые компании очень трезво подходят к своим ближневосточным и североафриканским проектам, действуя прагматично с учетом своих интересов, без каких-либо неоправданных рисков. Можно прогнозировать развитие деятельности Газпрома и ЛУКОЙЛА на Ближнем Востоке (ОАЭ, Саудовская Аравия), особенно в сферах разработки и эксплуатации нефтегазовых месторождений и геологоразведки.

Роснефть не прогадала, став участницей успешного проекта «Зохр» в Египте, так как последний с лихвой оправдывает все ожидания инвесторов. Очень многообещающе звучит подписанное в июле 2019 г. соглашение между компаниями «Зарубежнефть» и «Газпром нефть» о намерениях по созданию совместного предприятия для поиска, разведки и добычи трудноизвлекаемых запасов нефти, включая нетрадиционные углеводороды. Эти новые технологии, крайне востребованные на Ближнем Востоке и в Северной Африке, позволят компаниям расширить свою деятельность в арабских странах. В свете последних событий в Ираке, Ливии и Йемене российским нефтегазовым компаниям лучше пока воздержаться от деятельности в этих странах, пока политическая ситуация более-менее не стабилизируется. Перспективно сотрудничество со странами Персидского Залива, а в Северной Африке — с Египтом, Алжиром, Суданом и Южным Суданом.

Как известно, страны Ближнего Востока и Африки богаты нефтью, газом и другими ресурсами. Несмотря на это, многие из них трудно назвать процветающими. Виной тому чаще всего становятся внешние и гражданские войны, перевороты, «цветные» революции, экстремизм и другие проблемы.

Хотя зачастую в этих регионах экономика разрушена, нефтегазовая отрасль здесь продолжает развиваться. В разработке и добыче углеводородов в странах Ближнего Востока и Африки участвуют компании из США, Западной Европы. Действуют здесь и представители нефтегазовой отрасли Российской Федерации.

Российские нефтяники в Африке и на Ближнем Востоке

Своим мнением о перспективах работы российских нефтегазовых компаний на Ближнем Востоке и в Африке с читателями поделился ведущий научный сотрудник ИМЭМО РАН, кандидат исторических наук Станислав Иванов.

Эксперт считает, что рано судить, насколько выгодна добыча нефти в Сирии, поскольку страна по-прежнему воюет и расколота на три анклава (проиранский, протурецкий и курдско-американский).

Большая часть объектов нефтедобычи находится на восточном берегу реки Евфрат, который пока не контролируется центральным правительством.

Несмотря на все старания Кремля, перспектив мирного урегулирования сирийского конфликта, по мнению г-на Иванова, в ближайшее время не просматривается. Главным дестабилизирующим фактором в САР становится присутствие многотысячных иностранных военных контингентов и наёмников.

Число сирийских беженцев и перемещённых лиц (12 млн чел.) значительно превышает число сирийцев, проживающих на подконтрольных правительству территориях (7–8 млн чел.).

Станислав Иванов полагает, что разгром наиболее крупной международной террористической группировки «Исламское государство» должен был послужить сигналом к выводу российского военного контингента из Сирии.

Декларированная при вводе российских войск в САР в конце 2015 года цель была бы тем самым достигнута.

Последующее пребывание наших военных и согласие Москвы на ввод турецкого контингента на север Сирии в условиях продолжающейся гражданской войны можно расценивать как вмешательство во внутренние дела Сирии.

Что касается нефтегазовой сферы, то туда были направлены вооружённые формирования наёмников типа ЧВК «Вагнер», которые г-н Иванов считает незаконными.

Как известно, их попытки взять под свой контроль нефтеперегонный завод Conoco в ночь с 7 на 8 февраля 2018 года закончились полным разгромом. Больше подобных авантюр боевики «Вагнер» не предпринимали.

После получения от Дамаска исключительных прав на разработку нефтяных и газовых месторождений в Сирии новые перспективы, по мнению г-на Иванова, для России не открылись. Разве что на бумаге.

Он считает, что нельзя давать или получать права на то, чего у Дамаска сегодня нет. Вначале должен быть урегулирован сирийский конфликт, принята новая конституция, проведены выборы президента и парламента, создано коалиционное правительство, и только тогда новые сирийские власти могут заключать соглашения и договоры торгово-экономического, энергетического и иного характера.

Скорее всего, ни у одной страны не будет исключительных прав на разработку нефтегазовых месторождений в Сирии. Все иностранные компании будут на конкурсной основе работать в этой области.

Причину высокого уровня добычи нефти в Ираке, несмотря на несколько десятилетий непрекращающихся войн и конфликтов, Станислав Иванов видит в том, что нефтяные и газовые месторождения находятся в относительно стабильных регионах Ирака (юг, восток и север).

Традиционно в военно-политическом плане бурлит так называемый суннитский треугольник в центральной и западной части страны, где нет месторождений нефти и газа.

«Исламское государство» нанесло лишь незначительный ущерб нефтяной промышленности на северо-западе Ирака в районе Мосула и на подступах к Киркуку, не затронув при этом стратегических нефте- и газопроводов, месторождений.

Большую роль сыграли курдские ополченцы «пешмерга» Иракского Курдистана и шиитская милиция «Хашд аш-Шааби», которые смогли компенсировать поражение регулярной иракской армии в боях с джихадистами и защитить жизненно важные районы и объекты.

По мнению г-на Иванова, конкуренция между нефтедобывающими компаниями со всего мира в Ираке так высока из-за огромного количества и высокого качества иракской нефти, рентабельности её добычи, наличия морских портов и терминалов, сети трубопроводов, хорошего инвестиционного климата.

Иракские власти стараются сохранять нейтралитет в региональных конфликтах и поддерживать хорошие отношения со всеми странами.

К утверждению, что окончательная победа фельдмаршала Халифы Хафтара способна привести к возрождению сотрудничества между Ливией и Россией в нефтегазовой сфере, Станислав Иванов отнёсся скептически. Он считает, что не стоит загадывать. Вначале надо победить или мирным путём урегулировать ливийский конфликт. Как говорится в известной русской пословице: «Цыплят по осени считают…»

Станислав Иванов не думает, что деятельность российских нефтяных компаний, работающих на Ближнем Востоке и в Африке, как-то влияет на мировые цены на нефть.

Мировой нефтяной рынок в последние годы неплохо сбалансирован и стабилен. Спрос и предложение не зависят от работы государственных или частных российских нефтяных компаний. Не будет в этих регионах российских компаний, будут американские, английские, французские, китайские и другие.

Никаких особых изменений в торгово-экономических отношениях РФ со странами Африки после саммита «Россия — Африка», прошедшем в Сочи, по мнению г-на Иванова, ожидать не приходится.

Никакой саммит сам по себе не может дать толчок развитию многосторонних или двусторонних отношений. Настоящие сделки и крупные проекты разрабатываются в тиши кабинетов и тщательно просчитываются заинтересованными сторонами.

Сегодняшнее, далеко не лучшее, по мнению г-на Иванова, финансово-экономическое положение России и её наметившееся отставание в наукоёмких областях будут существенно тормозить развитие отношений со странами Африки.

Китай, США, другие западные страны давно и успешно работают в регионе и, по сути, заняли место Советского Союза на Африканском континенте.

В торгово-экономической области Россия пока не может здесь конкурировать с ведущими странами мира, собственно, как и в Латинской Америке, и в других регионах мира.

Россия и иракская нефть

Хотя проблемы Сирии и Ирака во многом схожи, Багдад, в отличие от Дамаска, особых трудностей в нефтегазовой сфере не испытывает.

Дело в том, что запасы иракской нефти несопоставимы с сирийскими. По сути, Ирак является одной из ведущих стран мира по объёмам нефтедобычи, занимая четвёртое место после Саудовской Аравии, Российской Федерации и Соединённых Штатов.

В Ираке добывают примерно 4,4–4,8 миллиона баррелей, из которых 4 миллиона экспортируют. Министр нефти этой страны Джаббар аль-Луайби считает, что данная цифра будет расти и дальше, достигнув до конца года 5 миллионов баррелей ежесуточно. Он полагает, что в 2024 году в Ираке будут добывать 6–7,5 миллиона баррелей нефти в день.

Но все эти цифры вовсе не говорят об успехах иракской нефтегазовой отрасли, так как значительная часть нефти Ирака добывается зарубежными нефтяными компаниями.

Здесь можно встретить нефтяников откуда угодно, начиная от Соединённых Штатов и заканчивая Анголой. Российские компании здесь тоже присутствуют.

Например, «Роснефть» достигла блестящих успехов в Иракском Курдистане. Российская компания заключила соглашение с курдами о том, что она имеет право закупать до 70% всей нефти, добываемой в этом непризнанном государственном образовании.

Помимо этого, ей досталось 60% от крупнейшего иракского нефтепровода Киркук – Джейхан. Но неожиданно для российских нефтяников Багдад заявил о незаконности всех контрактов, заключённых с Курдистаном, аннулировав таким образом все достижения «Роснефти» в этом регионе.

Мало того, правительство Ирака предоставило значительные привилегии корпорации British Petroleum, из-за чего ситуация стала неблагоприятной для «Роснефти».

А так как запасы в Киркуке составляют около 8 миллиардов баррелей нефти, за них развернулась жёсткая конкурентная борьба между множеством сторон, заинтересованных в добыче сырья.

Интерес российских нефтяников к Ираку не ограничивается Курдистаном, а распространяется и на другие районы страны, богатые нефтью. Западной Курной занимаются совместно российская компания «Лукойл» и норвежская Statoil, причём российская доля в здешней нефтедобыче составляет 85%. Объём месторождения, по оценкам специалистов, составляет примерно 13 миллиардов баррелей.

Месторождение Бадра находится в ведении «Газпром нефти».
В пресс-службе компании рассказали о работе на этом месторождении и в других регионах Ирака.

«Газпром нефть» ведёт разработку месторождения Бадра в иракской провинции Васит. За весь период компания пробурила в этом регионе 22 скважины для добычи нефти, средняя глубина которых составила около 4,5 километра.

Она также запустила здесь завод, где специальные установки осуществляют комплексную подготовку нефти и газа. Его мощность составляет 5,4 миллиона тонн нефти и 1,6 миллиарда кубометров газа в год.

Комплекс также включает в себя установки для производства и грануляции серы. С 2019 года «Газпром» реализует гранулированную серу, произведённую в Бадре.

В инфраструктуру этого актива компании входит также своя газотурбинная электростанция мощностью 123,5 МВт.

Электроэнергия, поступающая с объекта, питает всё оборудование этого производственного комплекса. В 2019 году «Газпром нефть» стала поставлять электроэнергию в Бадру и окрестные населённые пункты, население которых превышает 25 тысяч человек.

Эксплуатация месторождения играет ключевую роль в энергетической системе страны. Отсюда сухой товарный газ по трубопроводу поступает на электростанцию Аз-Зубайдия, расположенную в 100 километрах от Бадры.

Электроэнергия, вырабатываемая станцией, питает не только несколько иракских провинций, но и главный город страны — Багдад.

На современном производственном комплексе «Газпромнефть-Бадры» добывают углеводороды, делают гранулированную серу и вырабатывают электроэнергию. Благодаря этому объект можно назвать уникальным.

Инновационные технологии не только дают возможность «Газпром нефти» получать прибыль от добычи нефти и газа, но и делают объект безопасным для окружающей среды. Ведь добываемый здесь попутный нефтяной газ утилизируется не менее чем на 98%.

Теперь, через 5 лет с момента запуска месторождения в эксплуатацию, общее количество добытой здесь нефти составило 107 миллионов баррелей (14,5 миллиона тонн). Нефтедобыча на месторождении с начала 2019 года преодолела отметку 2,4 миллиона тонн (18 миллионов баррелей).

Сырьё, подготовленное на установке по переработке нефти в Бадре, перекачивается через экспортный трубопровод «Badra – ISP». Его длина составляет 259 км. Он соединяет установку по переработке нефти в Бадре с Иракским стратегическим трубопроводом (Iraqi Strategic Pipeline).

Компания построила трубопровод в 2014-м, после чего передала его в распоряжение Иракской государственной нефтетранспортной компании TOC (Thi-Qar Oil Company).

Поступив в Иракский стратегический трубопровод, нефть транспортируется на местные нефтеперерабатывающие заводы.

Кроме того, она поступает на терминал в Басре, откуда отправляется зарубежным потребителям.

Компания «Газпром нефть» занимается также реализацией серьёзного проекта по добыче нефти «Саркала». Это месторождение находится в Курдском автономном районе (КАР) Ирака.

К 2019 году Gazprom Neft Middle East B.V., являющаяся дочерней компанией «Газпром нефти», добыла здесь более двух миллионов тонн нефти, если считать с момента начала работы месторождения.

Первая коммерческая партия сырья была отправлена потребителям в 2015 году.

К настоящему моменту на Саркале компания эксплуатирует три нефтедобывающих скважины, обеспечив их соответствующей инфраструктурой и продолжая развивать этот актив.

«Газпром нефть» не только решает экономические задачи, но и активно участвует в социальном развитии территорий своей деятельности.

Например, в 2019 году предприятие презентовало администрации Курдского автономного района Республики Ирак новую книгу «Курды. Легенда Востока». Оно стало инициатором её создания, проспонсировав издание. В ней содержатся уникальные материалы, предоставленные музеями и научными учреждениями России и других стран.

Это первая в мире книга, где подробно рассматривается история и культура курдов. Учитывая масштабность содержания, её вполне можно считать энциклопедическим изданием.

Глава «Газпром нефти» Александр Дюков во время визита в Республику Ирак собственноручно передал книгу президенту КАР Нечирвану Барзани. Их встреча произошла во время рабочего визита в страну главы внешнеполитического ведомства Российской Федерации Сергея Лаврова.

Хотя Ирак уже несколько десятилетий переживает непрекращающиеся военные действия и связанную с этим гуманитарную катастрофу, на объёмах нефтедобычи это никак не отражается. Тем более что в этой отрасли здесь работают в основном иностранные нефтегазовые компании. Практически все другие отрасли экономики Ирака переживают серьёзный кризис.

Его жители страдают от плохого электроснабжения и дефицита воды. Но до восстановления инфраструктуры ни у местных властей, ни у иностранных инвесторов руки пока не доходят.

Российские компании не ограничиваются только добычей углеводородов. Они стараются улучшить гуманитарную ситуацию в стране. Российское влияние в Ираке не так велико, как, к примеру, в соседней Сирии.

Здесь гораздо большим влиянием обладают США и Великобритания, которые не слишком вникают во внутренние проблемы Ирака, как и других стран Ближнего Востока и Африки.

Текст: Сергей Кузмицкий

Первый саммит Россия — Африка состоялся в октябре 2019 года. Он стал большим шагом к созданию благоприятных условий для дальнейшего развития комплекса российско-африканских связей, прежде всего в энергетике.

Российские компании, работающие в сфере ТЭК, уже реализуют ряд перспективных проектов на африканском континенте. Их продвижение способствует достижению седьмой цели ООН в области устойчивого развития — обеспечению всеобщего доступа к недорогим, надежным, устойчивым и современным источникам энергии, прежде всего, путем повышения уровня электрификации в странах Африки.

В числе перспективных проектов рассматривается возможность строительства первой на африканском континенте атомной электростанции. Помимо этого, речь также идёт и о гидроэлектростанциях. Эти объекты смогут обеспечить страны Африки безуглеродной энергетикой в контексте климатической повестки.

По данным Российского совета по международным делам

Африканские страны нуждаются в российских технологиях

Участники сессии «Россия — Африка: устойчивое энергетическое развитие» обсудили возможность реализации ряда перспективных проектов на африканском континенте. В ходе мероприятия были рассмотрены меры государственной политики, которые принимаются в странах «черного континента» для устойчивого развития энергетики и энергетического перехода.

Председатель африканской энергетической палаты ЭнДжей Аюк сообщил о том, что Африка нуждается в российских технологиях, которые можно адаптировать в местных реалиях и при этом сохранить суверенитет государств. Он также подчеркнул, что страны континента должны сами стараться реализовать свой потенциал в энергетической сфере.

По мнению председателя Африканской энергетической палаты, нужно обсуждать вопрос о том, чем может помочь Россия в области добычи природного газа на континенте. Этот шаг даст возможность начать разработку место­рождений, а также реализовать разнообразные проек­ты — от разведки газа до выработки из него энергии. Реализуя такие проекты, в Африке можно решить проб­лемы с энергетическим кризисом, отметил ЭнДжей Аюк.

Мощности для обеспечения энергетической безопасности африканских стран

В течение последних десятилетий внешняя политика России была сфокусирована на развитии отношений с западными странами, подчеркнул посол по особым поручениям министерства иностранных дел РФ, руководитель секретариата Форума партнерства Россия — Африка Олег Озеров. Он отметил, что в новых условиях миропорядка ситуация кардинально изменилась. Сегодня Россия придает особое значение формированию новых политических и экономических альянсов, среди которых одним из наиболее значимых является африканский регион.

Задача, стоящая перед Россией, — способствовать укреплению суверенитета стран Африки в политической, экономической и технологической сферах, отметил посол. В отличие от западных стран Россия выступает за создание в Африке собственных мощностей не только по добыче энергетических ресурсов, но и по их переработке, а также по дальнейшему использованию, сообщил Олег Озеров. Он подчеркнул, что на континенте катастрофически не хватает нефтеперерабатывающих заводов, ГЭС, объектов возобновляемой энергетики. В этой связи Россия видит приоритетным создание именно этих мощностей, необходимых для обеспечения энергетической безопасности африканских стран.

Кадры решают всё

Одной из значимых проблем в сфере энергетики для стран Африки является недостаток квалифицированных кадров, отмечали эксперты в ходе работы сессии. В этой связи заместитель генерального директора по проектному инжинирингу, устойчивому развитию и международному сотрудничеству «РусГидро» Сергей Мачехин сообщил, что в процессе реализации проектов компания, которую он представляет, воспитывает целую плеяду поколений инженеров в Африке. Он подчеркнул, что эти специалисты способны самостоятельно принимать сложные решения, а также обратил внимание на то, что для эксплуатации объектов, которые строит «Рус­Гидро», нужны специальные знания и образование.

Африка имеет большой потенциал геотермальной энергетики, а «РусГидро» сегодня эксплуатирует достаточно много геотермальных станций на Дальнем Востоке, и её специалисты готовы поделиться имеющимися знаниями.

Проблема подготовки местных квалифицированных кадров для Африки является одной из важнейших, отметила директор Института Африки РАН Ирина Абрамова. Она отметила, что для России Африка является наиболее перспективным рынком. Это не только касается сферы энергетики, но и всей системы взаимоотношений. Страны Африки — это 54 члена Организации Объединенных Наций.

В ходе работы сессии «Россия — Африка: устойчивое энергетическое развитие» эксперты сошлись во мнении, что африканский континент является для России чрезвычайно перспективным и интересным партнером. На долю Африки, по данным Института Африки РАН, приходится 14% мировых ресурсов нефти и газа и около 20% мировых гидроресурсов. В регионе есть прекрасные возможности для развития таких видов энергетики как: геотермальная, солнечная, атомная.

Регион Магриба — предпочтительный для нефтегазовых проектов

На энергетической карте российских нефтегазовых компаний Африка долгое время была второстепенным объек­том. Попытки выйти на африканский рынок предпринимались скорее в рамках стремления разнообразить свою деятельность, без готовности инвестировать значимые суммы в фактически неизвестный регион, отмечают эксперты Российского совета по международным делам (РСМД).

Если рассматривать деятельность российских компаний в Африке, то очевидно, что они предпочитали проекты в регионе Магриба. Государства этого региона понятнее с политической точки зрения, к тому же они выходят на важный для России средиземноморский рынок.

Компания «ЛУКОЙЛ» провела программу инвестирования в Гвинейском заливе, однако вследствие неудач была вынуждена отказаться от своих активов в Кот-д’Ивуаре и Сьерра-Леоне, сохранив при этом неоператорские функции в проектах в Нигерии и Гане.

При этом, как отмечают эксперты РСМД, в дружески настроенной Анголе не было проектов с российским участием.

Кейс средиземноморского шельфа Египта

Пример того, как именно следует вкладываться в проекты на африканском континенте, показывает компания «Роснефть», вошедшая в акционерский состав египетского место­рождения «Зохр» в октябре 2017 года.

Взамен за уплаченные $1,125 млрд «Роснефть» смогла существенно нарастить свой портфель газовой добычи — ее доля в 30% соответствует почти 10 млрд куб. м газа в год.

Кейс средиземноморского шельфа Египта оказался самым богатым по запасам газа среди всех остальных морских участков. Дальнейшие открытия здесь вполне вероятны, к тому же близкие политические связи всячески способствовали бы им, отмечают отраслевые эксперты.

Однако на шельфе Египта и конкуренция будет в разы превышать уровень конкуренции в Африке южнее Сахары, отмечают эксперты РСМД. Именно поэтому путь российских нефтегазовых компаний лежит через такие государства как Экваториальная Гвинея, Республика Конго (т. е. средние игроки, позиции которых затерялись на фоне падения спроса), Алжир и Мозамбик (крупные игроки, которые требуют немедленных вливаний в энергетическую сферу для балансирования экономики).

Ливия — лакомый кусок для нефтяных мейджоров

Возможности российских нефтегазовых компаний в Ливии будут во многом зависеть от того, под чьим началом будет объединена страна. Теоретически «Газпром» и «Татнефть» сохраняют права на концессии, выделенные им ещё в период правления Муаммара Каддафи.

Здесь нужно принять во внимание тот факт, что добыча нефти в Ливии в период с 2011 года по 2020 год провалилась до уровня 1950-х годов. Те 75–80 млрд барр. нефти, которые все ещё скрываются в недрах этой североафриканской страны, являются лакомым кусочком для любого нефтяного мейджора, отмечают эксперты РСМД.

Алжир — самый привлекательный рынок

Алжир может стать чуть ли не самым привлекательным рынком для российских нефтегазовых инвестиций. «Газпром» ведет разведку на участке Эль-Ассель с 2008 года, однако не приступил к полноценной добыче на нем.

«Роснефть» с 2001 года ведет работу на блоке 245-Юг на востоке страны, однако неоднократно заявляла о желании выйти из проекта. В поздние годы эпохи президентства Абдельазиза Бутефлики не было вхождений российских компаний в проекты.

Первый шаг для открытия новых возможностей был сделан в апреле 2020 года. Тогда «ЛУКОЙЛ» подписал с алжирской национальной компанией Sonatrach меморандум о взаимопонимании. Его вступление в силу может стать отправной точкой для дальнейшего подключения российского нефтегазового бизнеса к добыче нефти в Алжире, отмечают эксперты.

Привлекательность Конго

Республика Конго являет собой яркий пример того, в чем, помимо наличия надлежащего капитала и соответствующих технологий для добычи на участках с комплексной геофизической составляющей, может содержаться привлекательность для российских нефтегазовых компаний, отмечают эксперты РСМД.

Шельфовые месторождения страны, большинство из которых разрабатываются итальянской Eni в качестве оператора, имеют большие объемы попутного газа, причем они были разработаны лишь частично.

Eni стремится продать миноритарные доли в своих лицензионных участках, пытаясь таким образом снизить интенсивность выбросов углерода своего портфеля — для российских компаний этот вопрос не так актуа­лен. Первый шаг в этом направлении уже был сделан компанией «ЛУКОЙЛ», купившей 25% блока Marine XII осенью 2019 года.

Пересмотреть условия базовых контрактов в Нигерии

Нигерия в феврале 2020 года приняла решение пересмотреть условия и положения базовых контрактов по разделу продукции на шельфе Гвинейского залива. Помимо повышения номинальной ставки роялти и появления нового налогового компонента, были также увеличены ставки уплаты НДС с оффшорных проектов. К тому же впредь все услуги, предоставляемые западными мейджорами нигерийским физическим лицам, в том числе дочерним компаниям тех же западных компаний, будут облагаться налогом на прибыль предприятий.

На этом фоне некоторые западные компании стали искать возможности выйти из взятых обязательств в Нигерии. Поэтому вхождение России в проекты, связанные с разработкой нигерийского шельфа, на данном этапе кажется контринтуитивным, отмечают эксперты РСМД. На данный момент единственное участие российской компании в Нигерии — 18% доля «ЛУКОЙЛа» в блоке OML-140.

На шельфе Сенегала

Действия компании «ЛУКОЙЛ» на шельфе Сенегала летом 2020 года указывают на то, что не всегда вхождение российской корпорации в проект приветствуется другими акционерами.

«ЛУКОЙЛ» договорился с британским Cairn Energy о покупке 40% доли в лицензионном блоке RSSD (Rufisque, Sangomar, Sangomar Deep) за $400 миллионов. Однако оператор проекта, австралийская компания Woodside Petroleum, решила воспользоваться своим правом приоритетного выкупа долей других акционеров и предложила аналогичную сумму за продаваемую долю.

Согласно комментариям Woodside, основная причина такого хода кроется в опасениях оператора, что участие «ЛУКОЙЛа» на фоне постоянной угрозы американских санкций несовместимо со своевременным запуском месторождений, отмечают эксперты РСМД.

Аналогичная ситуация

В аналогичной ситуации оказалась и «Роснефть», поскольку на протяжении чуть ли не всего 2019 года она была на грани вхождения в проект Ин-Аменас в Алжире. Оператор проекта, британский мейджор BP, намеревался выручить порядка $2 млрд за продажу своей доли в 45,89%, однако нежелание другого соучастника в Ин-Аменас — норвежской компании Equinor — навлекать на себя дополнительные санкционные риски со стороны властей США привело к провалу сделки.

Вырисовывается общая линия западных компаний по нежеланию совместного с российскими компаниями, и особенно с государственными, участия в проектах как в Африке, так и на других континентах. Поэтому отечественным представителям придется брать на себя больший объем обязательств с невозможностью разделения рисков и издержек с мейджорами, отмечают эксперты РСМД.

Преимущества африканского нефтегазового рынка

Несмотря на ряд недостатков, отраслевые эксперты отмечают преимущества африканского нефтегазового рынка. Во-первых, он остается одним из рубежей нефтедобычи, где еще возможны точки безубыточности. Во-вторых, спрос на африканские сорта нефти не вызывает сомнений — начиная от легких и низкосернистых нигерийских, ливийских или алжирских сортов, через более тяжелые сорта вроде конголезского Джено или ангольской Далии, вплоть до сернистых египетских сортов типа Белайим. Все они имеют стабильные рынки сбыта, преимущественно в Восточной Азии.

Мировые энергетические компании увеличивают присутствие на африканском континенте и  участие российских корпораций в этом стратегически важном и прибыльном регионе — не исключение. Компания «ЛУКОЙЛ» сообщает о заключении соглашения с Cairn Energy (ведущая европейская компания по разведке и разработке нефти и газа). Российская компания приобретает 40%  в проекте RSSD (морские блоки Rufisque, Sangomar и Sangomar Deep) на шельфе Сенегала, сумма сделки составляет 300 млн. долларов. Общая площадь блоков, входящих в проект, составляет 2212 кв. км.  Согласно оценкам ЛУКОЙЛа, извлекаемые запасы углеводородов Sangomar составляют около 500 млн. баррелей нефтяного эквивалента. По словам президента компании «ЛУКОЙЛ» Вагита Алекперова, приобретение доли в проекте позволяет укрепить присутствие в Западной Африке. «Участие в проекте с профессиональными международными партнерами позволит получить дополнительный опыт работы на морских месторождениях в регионе», — отмечает Алекперов.

В настоящее время значительные инвестиции в производительные активы африканских стран делают преимущественно крупные российские компании в нефтегазовой сфере: «Газпром», «Роснефть», «Татнефть», «Стройтрансгаз». «ЛУКОЙЛ» приобрёл право на освоение 11 блоков на шельфе прибрежных стран Гвинейского залива. «Росатом» в лице его дочерних компаний реализует проекты освоения урановых месторождений в Ботсване, Намибии и Танзании. Специализированная компания «Газпромбанка», «Глобал Ресорсиз», реализует проекты в области геологической разведки урановых месторождений.

Наиболее активным из числа российских нефтяных компаний является «ЛУКОЙЛ». Корпорация работает в таких африканских  странах, как: Нигерия, Гана, Республика Конго, Камерун, Египет. Наибольший интерес представляет  западная часть континента -Нигерия, Гана, Камерун. На шельфе Нигерии «ЛУКОЙЛ» в 2015 году вошел в Блок OML-140 на условиях раздела продукции. Блок площадью 1,2 тыс. кв. км расположен в Гвинейском заливе, в 135 км от побережья. Здесь открыто месторождение Nsiko. Российский «ЛУКОЙЛ»  получил 18% в проекте, оператором которого является американская Chevron — 22%, а также участвует нигерийские NNPC — 30% и ONG — 30%. В 2019 году NNPC и «ЛУКОЙЛ» подписали меморандум о взаимопонимании, согласно которому стороны намерены рассмотреть возможное сотрудничество в области разведки, добычи и переработки углеводородов на территории Нигерии. На шельфе Ганы компания ведёт работ на глубоководном проекте на Блоке Deepwater Tano Cape Three Points, где открыто пять нефтяных и два газовых месторождения, здесь компания владеет 38% в шельфовом Блоке.  «ЛУКОЙЛ» также является участником камерунского глубоководного проекта на лицензионном Блоке Etinde с долей в 37,5%.

С 1995 года «ЛУКОЙЛ» на шельфе Египта владеет 24% в блоке Meleiha, остальная доля у итальянской Eni, с остаточными запасами нефти более 30 млн барр. нефтяного эквивалента. В Центральной Африке в проекте на шельфе республики Конго «ЛУКОЙЛ» приобрёл у английской компании New Age 25% акций участка Marine XII. Сумма сделки — 800 млн. долларов. Оператором проекта является итальянская  Eni — 65%. Были у компании и неудачные проекты. В Западной Африке, в 2016 года «ЛУКОЙЛ» ушёл с шельфа Кот-д`Ивуара, не найдя коммерческих запасов на пяти блоках Гвинейского залива и списав 800 млн. долларов из-за сухих скважин, также компания вышла из шельфового проекта в Сьерра-Леоне.

Сотрудничество с африканским государством Нигерия, является одним из перспективных направлений деятельности российских корпораций. Начиная с 2007 года компания «Газпром» провела переговоры о возможности получения доступа к разработке месторождений газа страны. В 2008 году руководство «Газпрома» и NNPC подписали меморандум о взаимопонимании, а в 2009 году было создано совместное предприятие NiGaz Energy Company Limited, которое занялось реализацией совместных проектов в нефтегазовой сфере. В период С 2010 года по 2015 год «Газпром Маркетинг и Трейдинг» закупил 35 партий нигерийского СПГ совокупным объемом 2,1 млн тонн. В 2017 году прошли переговоры министров энергетики РФ и Нигерии — А. Новака и Э. Качиквы. На встрече обсуждались вопросы реализации совместных проектов в сферах трейдинга СПГ и подземного хранения газа. С Египтом у российской компании ведётся диалог о возможности развития двустороннего сотрудничества в нефтегазовой сфере. В частности, речь идёт о перспективах взаимодействия в проектах по геологоразведке. С 2008 года российская компания работает в Алжире, и до сегодняшнего дня ведёт разработку месторождений Рурд-Сая и Северный Рурд-Сая.

Корпорация «Роснефть» и нигерийская Oranto Petroleum Ltd подписали меморандум в 2018 году о взаимопонимании в отношении возможного сотрудничества по реализации нефтегазовых проектов в Африке. Также заключен меморандум о расширении сотрудничества в Мозамбике с национальной нефтегазовой компанией  — Empresa Nacional de Hidrocarbonetos. В соответствии с подписанными документами, «Роснефть» получит право на изучение имеющейся геологической информации по ряду наземных и морских блоков Мозамбика для оценки их потенциала, а также возможность войти в дальнейшем в проекты на этих участках. Для поставок в Гану сжиженного природного газа в 2018 году «Роснефть» и Ghana National Petroleum Corporation подписали пакет документов, предполагающих доставку в течение 12 лет СПГ в объеме 1,7 млн т в год. Тогда же было заключено соглашение о сотрудничестве в сфере разработки нефтегазовых месторождений и поставке нефти и нефтепродуктов В 2017 году «Роснефть» заложила основу для инвестиций в нефтяной сектор в Ливии, подписав с National Oil Corporation of Libya рамочное соглашение о сотрудничестве.  На шельфе Египта «Роснефть» работает вместе с итальянской нефтегазовой компанией Eni.

По данным нефтегазовой компании British Petroleum доля африканских запасов нефти (относительно мировых запасов) на конец 2018 года достигла 8,7%, или 388,7 млн т, природного газа — 6,1%, или 236,6 млрд кубометров. Потенциал Африки в нефтегазовой сфере очень велик, а геологическая изученность Африки достаточно разноплановая. «Росгеология» отмечает, что в одних странах африканского континента она составляет 60%, а в других — 10%. Около 70% газовых ресурсов Африки расположено на глубоководном шельфе, и лишь 18% — на суше. По данным Международного энергетического агентства с 2018 по 2040 год инвестиции в разведку и добычу нефти и газа в Африке, в совокупности, составят 2 трлн. долларов.

Теги события:

нефтегазовый сектор


лукойл


роснефть


газпром


африка


инвестиции

С 1993 года Россия в лице компании АЛРОСА сотрудничает с Анголой в сфере добычи алмазов и гидроэнергетики. Компании принадлежат 41% акций горнорудного общества «Катока» и 55% в уставном капитале АО «Гидрошикапа», которое в 2008 году запустило ГЭС в провинции Лунда Сул. В 2013 году дочерними структурами АЛРОСА и британской компании Botswana Diamonds Plc. было создано предприятие Sunland Minerals Pty Ltd. для разведки перспективных площадей в Ботсване. Компания также ведет работу по определению ресурсного потенциала Зимбабве.

ЛУКОЙЛ является участником трех добывающих проектов в Египте — Мелейя (доля 24%), WEEM (50%) и WEEM Extension (50%). В 2014 году компания вошла в морские глубоководные проекты на блоках Тано на шельфе Ганы и OML-140 на шельфе Нигерии. В 2015 году компания стала участником проекта по разработке участка Этинде в акватории Камеруна (доля 30%), а в июне 2019 года заявила о покупке 25% в проекте Marine XII в Республике Конго у структуры британской New Age за $800 млн.

В 2015 году Россия и Египет подписали соглашение о сотрудничестве в сооружении и эксплуатации первой египетской АЭС «Эль-Дабаа». Реализация проекта обойдется в $30 млрд, 85% стоимости будет профинансировано за счет кредита РФ. «Росатом» осуществит поставку ядерного топлива на весь жизненный цикл станции, обучит персонал и окажет поддержку в эксплуатации АЭС в первые десять лет работы. В 2017 году «Росатом» подписал соглашение с Нигерией о строительстве атомного реактора.

В 2008 году между Россией и Анголой был заключен контракт на создание и запуск первого спутника вещания AngoSat 1. Исполнителем стала РКК «Энергия». В 2011 году российские банки предоставили Анголе кредиты на сумму $278,46 млн, при этом весь контракт стоил Анголе $327,6 млн. Пуск состоялся с Байконура 26 декабря 2017 года, но на следующий день с AngoSat 1 перестала поступать информация из-за сбоя в системе электроснабжения. В 2018 году РРК «Энергия» приступила к постройке нового аппарата AngoSat 2, на создание которого российская сторона потратит около $130 млн.

В 2017 году «Роснефть» приобрела у итальянской компании Eni 30% проекта по разработке месторождения Зор у берегов Египта за $1,125 млрд. Запасы оцениваются в 800 млрд куб. м и сравнимы с ресурсами двух крупнейших морских месторождений в Израиле.

Группа компаний «Ренова» в ЮАР владеет долей в компании United Manganese of Kalahari по добыче марганцевой руды, там «Ренове» принадлежит 49%.

Доля Африки в мировых запасах нефти достигает 12%, природного газа — 8%. Это огромные цифры с учетом того, что геологоразведка в регионе еще продолжается, а запасы международных корпораций в регионах истощаются.

Пока в Африке только BP, Total и «ЛУКОЙЛ» (доля не менее 50%) выступают в проектах в качестве операторов и владельцев мажоритарной доли.

«ЛУКОЙЛ» инвестирует в разработку месторождений континента около $1 млрд ежегодно. Российская компания — оператор двух проектов в Египте, участвует в проектах в странах Гвинейского залива: Гане, Камеруне и Нигерии.

«Роснефть» с 30%-й долей участвует в концессионном соглашении на разработку месторождения Zohr в Египте в партнерстве с Eni, ВР и Mubadala. В октябре 2017 г. «Роснефть» закрыла сделку по приобретению 30%-й доли в газовом месторождении Zohr за $1,1 млрд.

В сентябре 2018 г. производственные мощности проекта Zohr были увеличены на 25%, а в мае 2018 г. «Роснефть» совместно с партнерами ввела в эксплуатацию третью очередь завода по подготовке газа на проекте Zohr.

«Роснефть» участвует и в другом африканском проекте – в освоении нефтегазовых месторождений на шельфе Мозамбика.

Компания изучает возможность работы вместе с партнерами из Нигерии.

«Газпром» совместно с алжирской госкомпанией Sonatrach ведет разведку на участке Эль-Ассель в нефтегазовом бассейне Беркин. Доказанные запасы природного газа Алжира составляют 4,5 трлн куб. м, нефти — 1,5 млрд тонн.

Дочерняя компания «Газпром нефти» — сербская NIS — участвует в проекте геологоразведки на шельфе Анголы. «Татнефть» ведет геологоразведку в Ливии.

Успешней остальных в регионе работает британская BP и французский энергетический гигант Total. В феврале Total обнаружил крупное месторождение Brulpadda у южного побережья Южной Африки с потенциалом запасов газа и газового конденсата объемом в 1 млрд баррелей нефтяного эквивалента. Африканская энергетическая палата (AEC) заявила, что открытие может изменить курс экономики ЮАР и помочь снизить зависимость страны от импорта нефти и природного газа.

BP в Африке совместно с Sonatrach и Statoil добывает нефть и природный газ в Алжире и на шельфе Анголы в объеме около 190 тыс. баррелей нефти в сутки в Анголе и 10 тыс. баррелей в сутки в Алжире. В Египте на долю BP приходится 10% добычи нефти и 40% газа в стране.

Перспективы

По оценке Международного энергетического агентства (МЭА), с 2018 по 2040 гг. инвестиции в разведку и добычу нефти и газа на континенте превысят $2 трлн, и российские компании могут занять в регионе достойное место.

Крупнейшие экспортеры нефти в Африке – Нигерия, Ангола, Ливия, Алжир.

Алжир по доказанным запасам нефти занимает третье место в Африке после Ливии и Нигерии.

Месторождения полезных ископаемых в Африке

Африка обладает огромным потенциалом для СПГ-проектов. Ежегодно в регионе сжигается до 30 млрд куб. м попутного газа в год. Из них 17 млрд куб. м сжигает Нигерия, что больше, чем страна потребляет для экономики.

Около 70% газовых ресурсов Африки расположено на глубоководном шельфе, и лишь 18% — на суше.

Запасы сланцевого газа в Африке оцениваются в 11 трлн куб. м, большая часть из них в ЮАР. По оценке МЭА, Нигерия, Южная Африка, Ангола, Мозамбик и Танзания (африканские страны, расположенные к югу от Сахары) увеличат к 2040 г. добычу газа на 175 млрд куб. м. В Алжире запасы сланцевого газа оцениваются в 19,5 трлн куб. м.

США за это период могут увеличить добычу на 240 млрд куб. м, а Россия — на 130 млрд куб. м, по оценке МЭА.

К слову, Алжир занимает второе место в Африке по запасам газа (4,5 трлн куб. м) после Нигерии с запасами в 5,25 трлн куб. м.

По прогнозам МЭА, в целом добыча газа на континенте с 2017 по 2040 гг. вырастет на 3,7% до 498 млрд куб. м в год. Только один Алжир планирует удвоить добычу газа. Для сравнения: Россия поставила в Европу в 2018 г. 550 млрд куб. м газа.

Если «Роснефть» обнаружит коммерческие запасы газа на шельфе Мозамбика, то у российской национальной компании наиболее хорошие перспективы для СПГ-проекта, считает эксперт Центра энергетики Московской школы управления Сколково Екатерина Грушевенко.

Есть перспективы и в Египте.

«Для «Роснефти» именно Zohr сегодня является главным драйвером роста газодобычи в условиях отсутствия стимулов к наращиванию добычи газа в России», — отметила Грушевенко.

Пока «Роснефть» намерена покрыть растущий спрос в Африке на поставки СПГ: компания в 2018 г. подписала 12-летний контракт на поставки сжиженного газа в Гану в объеме около 1,7 млн тонн в год.

Не отстает и «ЛУКОЙЛ»: компания нацелена на СПГ-проекты в Конго и Камеруне.

Риски и проблемы

Африканский континент остается нестабильным регионом с межнациональными и региональными проблемами. Пока российские компании увереннее себя чувствуют в Северной Африки: в этой части континента возможна реализация проектов при поддержке военных.

Восточная Африка по-прежнему опасна для инвесторов: нередки военные конфликты и споры между Суданом, Кенией и Эфиопией, между Кенией и Сомали, между Угандой и Конго.

Правительства и власть нестабильны, высока коррупция.

Нет достаточных данных о ресурсах.

«Геологическая изученность Африки достаточно разноплановая: есть страны, где геологическая изученность составляет 60%, а есть где всего 10%. Поэтому вопрос изученности и перспектив для африканских стран очень важен», — отметил Сергей Горьков, генеральный директор, председатель правления АО «Росгеология».

«Самая главная проблема, которая есть на африканском континенте, – они много хотят развивать, но главный вопрос, за счет чего. И в некоторых странах это изменилось, в некоторых странах, таких как Нигерия, Южная Экваториальная Гвинея, они имеют возможности платить сами, какие-то страны имеют меньше возможностей, но здесь важно, что труд должен быть оплачен, — заявил Горьков телеканалу «Россия 24». — Мы не осуществляем работы в кредит в непонятном виде. Мы не исключаем возможности работы с банками, например это Африканский банк развития, который может финансировать такие проекты, и мы ведем такие переговоры с банком, что этот банк может финансировать проведение геологоразведочных работ. Или мы можем осуществлять геологоразведку в партнерстве с другими компаниями, например с российскими компаниями или международными компаниями. Рынок на самом деле гигантский. Много стран, много типов полезных ископаемых».

Соглашения «Росгеологии» со странами Африки

«Потенциал у нас большой, но он остается неизученным. Что происходило в прошлом? Мы всегда находились в невыгодном положении, потому что нам не принадлежали данные, информация. Инвесторы, как правило, приходили и говорили нам о количестве и о качестве природных ресурсов и общались с нами с позиции силы. Мы не знали ситуацию в собственной стране», — отметил Фодай Радо Иоки, министр горнодобывающей промышленности и минеральных ресурсов Республики Сьерра-Леоне

«Россия — Африка»

Экономический форум «Россия — Африка» прошел с 23 по 24 октября 2019 г. в Сочи на полях саммита «Россия — Африка».

По итогам саммита и форума была принята декларация.

• Россия и Африка подписали 50 соглашений почти на триллион рублей
• Путин заявил о «новой странице» в отношениях России и Африки

В документе отдельным пунктом отмечено решение «содействовать развитию сотрудничества в сфере обеспечения энергетической безопасности, в том числе диверсификации энергоресурсов, использованию возобновляемых источников энергии, а также реализации совместных проектов в области гражданской атомной энергетики; продолжить взаимовыгодное взаимодействие в нефтегазовой сфере».

Реализации нефтегазовых проектов в Африке поможет и другой пункт декларации: «Оказывать необходимую помощь крупным российским компаниям, работающим на африканских рынках, и предпринимателям из африканских государств, планирующим осуществлять свою деятельность в Российской Федерации, путем взаимного улучшения инвестиционного и делового климата, предоставления возможных адресных преференций».

«Этот континент очень сильно меняется. На первый план, безусловно, выходят проблемы социальные, проблемы, связанные с тем, чтобы благосостояние людей росло, и никто в Африке не хочет, чтобы просто какие-либо компании выходили и вели простую добычу того или иного сырья, для того чтобы вывозить его с континента и оставлять условные налоги», — заявил Дмитрий Кобылкин, министр природных ресурсов и экологии России.

Ненефтегазовый экспорт России в страны Африки: 2017-2018 гг.

2019-10-22T11:14:00+03:00

2019-10-23T13:00:32+03:00

2019-10-22T11:14:00+03:00

2019

https://1prime.ru/energy/20191022/830437774.html

Российские нефтегазовые компании в Африке: успехи, риски и перспективы

Энергетика

Новости

ru-RU

https://1prime.ru/docs/terms/terms_of_use.html

https://россиясегодня.рф

Африка становится все более значимым регионом для глобального рынка энергоресурсов: мировые компании активно наращивают там свое присутствие, а совокупные инвестиции в разведку и… ПРАЙМ, 22.10.2019

статьи, нефть, энергетика, газ

https://cdnn.1prime.ru/images/83814/96/838149676.jpg

https://cdnn.1prime.ru/images/83814/96/838149673.jpg

https://cdnn.1prime.ru/images/83814/96/838149670.jpg

https://1prime.ru/energy/20190131/829670512.html

https://1prime.ru/energy/20191002/830374224.html

https://1prime.ru/energy/20190725/830191398.html

МОСКВА, 22 окт — ПРАЙМ. Африка становится все более значимым регионом для глобального рынка энергоресурсов: мировые компании активно наращивают там свое присутствие, а совокупные инвестиции в разведку и добычу нефти и газа на континенте, по прогнозам Международного энергетического агентства (МЭА), за период с 2018 по 2040 год превысят 2 триллиона долларов. В преддверии экономического форума Россия-Африка агентство «Прайм» оценило текущие проекты и перспективы российского ТЭК в макрорегионе.

ТЕКУЩИЕ ПРОЕКТЫ

Российские компании в последние годы все чаще пробуют свои силы в Африке, однако в отличие от зарубежных мейджоров, таких как BP и Total, почти никогда не выступают в таких проектах в качестве оператора и владельца мажоритарной доли. Исключением является «Лукойл» — оператор двух проектов в Египте. Компания также участвует в проектах в странах Гвинейского залива: Гане, Камеруне и Нигерии. «Лукойл» инвестирует в них не менее 1 миллиарда долларов ежегодно, подсчитал директор нефтесервисной компании «НафтаГаз» Ислам Назаралиев.

Два проекта на континенте реализует и «Роснефть». Один из них также в Египте — компания владеет 30%-ной долей в концессионном соглашении на разработку месторождения Zohr, ее партнерами по проекту являются Eni, ВР и Mubadala. «Для «Роснефти» именно Zohr сегодня является главным драйвером роста газодобычи в условиях отсутствия стимулов к наращиванию добычи газа в России», — прокомментировала эксперт Центра энергетики Московской школы управления Сколково Екатерина Грушевенко. Второй африканский проект «Роснефти» — освоение нефтегазовых месторождений на шельфе Мозамбика.

«Газпром» работает в Алжире, совместно с алжирской госкомпанией Sonatrach ведет разведку на участке Эль-Ассель в нефтегазовом бассейне Беркин. «Газпром нефть» через свою сербскую «дочку» NIS участвует проекте на шельфе Анголы. Разведку в Ливии ведет «Татнефть». СМИ ранее сообщали о приостановке деятельности компании в стране из-за военных действий, однако в октябре глава «Татнефти» Наиль Маганов заявил, что ее работа в Ливии продолжается.

КУРС НА СПГ

Африка в будущем сможет служить российским компаниям крупной площадкой для реализации СПГ-проектов. Ресурсная база для производства СПГ в Африке будет только расширяться: по прогнозам МЭА, добыча газа на континенте в период с 2017 по 2040 год может вырасти на 3,7%, до 498 миллиардов кубометров в год. Для сравнения, на Ближнем Востоке агентство за этот же период ожидает роста газодобычи только на 2,2%, Северной Америке – 1,3%, а в Европе и вовсе ждет снижения на 1,6%.

По мнению Грушевенко, именно на производство СПГ следует нацелиться «Роснефти» в рамках ее работы в Мозамбике. «В последнее время именно Мозамбик чаще всего называют африканским газовым Эльдорадо. В стране уже реализуется два крупных проекта по производству СПГ. В случае обнаружения «Роснефтью» коммерческих запасов газа на шельфе Мозамбика, наиболее логичным вариантом монетизации станет реализация СПГ-проекта», — считает эксперт.

Производством СПГ в Африке заинтересован и «Лукойл». Глава компании Вагит Алекперов неоднократно заявлял о планах по СПГ-проектам в Конго и Камеруне, при этом инвестрешение по Камеруну будет принято уже до конца года.

Перспективными являются также поставки СПГ в Африку на фоне растущего спроса в регионе. Так, «Роснефть» в 2018 году подписала 12-летний контракт на поставки сжиженного газа в Гану.

ВСЕ ОМРАЧАЮТ ПОЛИТИЧЕСКИЕ РИСКИ

При большом потенциале африканского нефтегаза работа на континенте часто сопряжена с высокими рисками, отмечают эксперты. Как пояснил Назаралиев, сейчас российские компании охотнее заходят в страны северной Африки, с которыми сотрудничество РФ в сырьевом секторе идет параллельно с военным.

«Изыскания и инвестиции могли бы распространиться на большую часть африканского континента, но, например, Восточная Африка отталкивает инвесторов… ведь в этой части континента проходят территориальные переделы и междоусобицы: Судан-Кения-Эфиопия, Кения-Сомали и Уганда-Конго», — сказал эксперт.

Об отрицательных аспектах работы нефтегазовых компаний в Африке упомянула и Грушевенко: «Главным риском работы в африканском регионе является его нестабильность. В частности, нестабильность политических режимов, внутренние конфликты и низкий уровень безопасности. Эти факторы снижают интересы компаний, в том числе и российских, к партнерским отношениям на территории Африки», — полагает эксперт.

ЧЕГО ЖДАТЬ В СОЧИ

На экономическом форуме в Сочи представителей энергетической отрасли африканских стран будет не так много, но настроены они будут, скорее всего, решительно. Министр горнорудной промышленности и углеводородов Экваториальной Гвинеи Габриэль Мбага Обианг Лима заявлял, что во время форума проведет переговоры с «Газпромом», «Лукойлом» и «Роснефтью» и надеется на подписание соглашений с ними. Возможно, Лима также обсудит с «Новатэком» сотрудничество в поставках СПГ в Африку, на которое уже давно уговаривает компанию.

На форум приедет также министр энергетики Марокко Азиз Раббах, что дает надежду на появление новых подробностей по возможным проектам «Новатэка» в этой стране. Глава компании Леонид Михельсон еще в 2017 году сообщал об интересе к участию в строительстве СПГ-терминала в Марокко, а в 2018 году этот вопрос обсуждался в рамках российско-марокканской межправительственной комиссии.

Кроме того, Сочи посетит министр энергетики и горной промышленности Судана Адил Али Ибрагим. Его заместитель Азхари Ибрахим Басбар еще в январе выразил надежду на подписание новых соглашений с «Росгеологией». Речь шла, в частности, о строительстве нефтеперерабатывающего завода в Порт-Судане, а также разведку газа на блоке 15 шельфа Красного моря. Сама же «Росгеология» в апреле высказывала заинтересованность в расширении сотрудничества с Анголой, которое на форуме можно будет обсудить с министром полезных ископаемых и нефти республики Диамантино Педро Азеведу.

Арсений ПОГОСЯН
Обозреватель журнала «Энергетическая политика»
e-mail: PogosyanAS@minenergo.gov.ru

Arseniy POGOSYAN
Correspondent of the Energy Policy magazine
e-mail: PogosyanAS@minenergo.gov.ru

Аннотация. В статье описываются основные тренды развития нефтегазового комплекса Африки. Автор провел анализ работы российских компаний на этом континенте и выделил основные риски для реализации новых нефтегазовых проектов в Африке.
Ключевые слова: добыча нефти и газа, рост потребления нефтепродуктов, геополитические риски.

Abstract. The article describes the main trends in the development of the oil and gas complex in Africa. The author analyzed the work of Russian companies on this continent and identified the main risks for the implementation of new oil and gas projects in Africa.
Keywords: oil and gas production, growth in consumption of petroleum products, geopolitical risks.

Энергетический запрос

Если взглянуть на актуальные прогнозы Организации Объединенных наций (ООН), становится заметно, с какой астрономической скоростью растет население планеты. Уже к середине столетия нас станет 9,9 млрд человек. К 2053 году количество человек перешагнет уже рубеж в 10 миллиардов. Для сравнения, в 2018 году население Земли составляло около 7,6 млрд человек. Причем, если в ХХ веке население росло, по большей части, в развитых странах, то примета XXI века – рост в развивающихся экономиках Юго-­Восточной Азии и Африки. Число жителей последней вырастет вдвое – до 2,5 млрд, а к 2100 году составит уже 3 млрд человек, то есть треть от всего населения планеты. Сегодня доля африканского населения составляет всего 15 %. В ООН считают, что, по большей части, рост населения продолжится в основном в бедных странах к югу от пустыни Сахара, в таких как Демократическая Республика Конго, Танзания и Эфиопия, а также в более благополучной ЮАР.
Вместе с тем за конец XX – начало XXI века африканские страны показали, что энергетических ресурсов, без которых обеспечить жизнь такого количества населения невозможно, у них достаточно. По данным британской BP , с 1999 года по 2018 год доказанные нефтяные запасы стран Африки увеличились с 84,7 млрд баррелей до 125,7 млрд баррелей, занимая до 7,5 % от общемировых запасов нефти. В целом, за последние 100 лет Африке удалось значительно повысить свою энергетическую безопасность, приобрести новые источники ресурсов для развития экономики.
Именно в Африке складывается уникальная ситуация, когда определенная страна может быть в мировых лидерах по добыче нефти или газа, и одновременно у значительной части ее населения отсутствует бесперебойная поставка электроэнергии. При том, что у обеспеченных энергией слоев населения спрос на эту энергию, по данным BP, ежегодно растет на 2–3 процентных пункта, изменившись с 1999 года к 2019 году с 3,32 до 4,1 млн баррелей в сутки. Это как минимум в 2 раза выше среднемировых темпов (1,3 п. п.). Этот факт ставит перед лидерами африканских наций и внешними инвесторами амбициозные задачи по поиску новых доступных ресурсов в целях обеспечения баланса спроса и предложения в будущих странах-­лидерах по приросту населения.
По мнению аналитиков, уже к 2050 году регион имеет все шансы «схлопнуть» разрыв между потреблением (3 % от мирового) и производством энергии (12 % от общемирового). Африканские страны будут вынуждены ежегодно наращивать темпы бурения и добычи нефти и газа, чтобы в один день не оказаться в зависимости от импортных энергоресурсов.
Энергетический баланс источников энергии, к примеру, России и стран Африки, вместе взятых, довольно схож. Природный газ в России занимает до 48 % от всей генерации, в то время как в Африке эта доля равна 42 %. Схожая картина и по углю – 19 % и 23 % соответственно (см. табл. 1).

Именно природному газу Международное энергетическое агентство и Агентство энергетической информации США отдают ведущую роль как наиболее перспективному, растущему быстрее всех источнику первичной энергии на период до 2040 года. Агентствами ожидается, что прирост спроса на природный газ может составить от 43 до 57 %. Основной рост спроса придется на развивающиеся страны Азии, Африки, Латинской Америки и Ближнего Востока. Согласно подсчетам ИНЭИ РАН, суммарно странам Африки придется повысить общее производство жидких углеводородов до 2040 года на 50 млн тонн (см. табл. 1), при условии сохранения существующих уровней экспорта нефти в Китай (79,5 млн тонн в 2019 г.) и Индию (30,2 млн тонн в 2019 г.). Для сравнения – только страны Африки (в основном это Ливия, Нигерия, Ангола, Алжир и Судан) ежегодно добывают 399 млн тонн нефти, в день производя в среднем 8,1 млн баррелей. Из них на экспорт уходит львиная доля – 6,8 млн баррелей в сутки, или более 10 % от общемирового суточного уровня. Остающиеся на внутреннем рынке объемы нефти, по факту, субсидируются за счет этого экспорта. Внутренние розничные цены на бензин и дизель, где он в принципе есть, зачастую стремятся к себестоимости продукта.
Собственно, низкая развитость нефтеперерабатывающей инфраструктуры – одна из характерных особенностей почти каждой страны-­производителя в Африке. Большинство НПЗ здесь построены в 1960–70‑е годы и, как правило, с тех пор не были модернизированы новыми вторичными установками. Слабая техническая оснащенность перерабатывающих мощностей не позволяет полностью использовать имеющиеся заводы, поэтому средняя загрузка по региону не превышает 60 %. При этом для региона в целом характерен стойкий дефицит предложения по нефтепродуктам, несмотря на обширную ресурсную базу и экспорт нефти.

ЛУКавая нефть

В настоящий момент почти перед каждым более-­менее крупным производителем нефти в Африке стоит непростая задача привлечения новых инвестиций в свою добычу в условиях относительно низких цен на углеводороды, падающего производства и ограниченности потребления, вызванным влиянием пандемии коронавируса. По данным BP, за последние 10 лет регион потерял 2,1 % ежегодной добычи нефтяного сырья, снизив дебет с 9,92 до 8,4 млн баррелей в сутки. Такая тенденция только обостряет конкуренцию стран за инвестора – из 12 нефтедобывающих государств, которые мониторит BP, стабильный рост добычи наблюдается только у Конго (с 276 до 339 тысяч барр./сут.), у 5 стран добыча нефти стабильно падает (Алжир, Ангола, Египет, Экв. Гвинея, Тунис).
Развивать добычу за счет собственных средств и технологий не выходит. Африка остается одним из немногих континентов на Земле, где ресурсов национальных нефтяных компаний для этого недостаточно. В свое время, этот же фактор сделал возможным масштабный приход крупных транснациональных компаний, таких как ExxonMobil (активы сосредоточены в основном в Нигерии) и Royall Dutch Shell (активы в Нигерии, Египте, Танзании). Бурный рост добычи и новых проектов в 2000–2010‑е годы сменился спадом интереса и отказом от уже разрабатываемых проектов в 2019–2020 годах. Сегодня американские ExxonMobil и Chevron ищут новых хозяев на часть активов в Нигерии, а Marathon Oil и Occidental Petroleum – новых партнеров на доли в ливийских проектах.
Среди «старичков» и пионеров африканского нефтегазового бизнеса оказалась и российская компания «ЛУКОЙЛ». Из-за сложности с расширением ресурсной базы в России компания начала активно скупать доли в шельфовых зарубежных проектах ещё на заре своей работы.

В середине 90‑х годов, когда «ЛУКОЙЛ» впервые заходил на континент, считалось, что наиболее перспективные проекты лежат в западной части Африки – в Гвинейском заливе и южнее по глубоководному шельфу побережья страны. Начав с мелководья Египта в сотрудничестве с крупным итальянским Eni на проекте «Мелейя», компания уже в 2000‑х годах нашла для себя участки в Кот-д’Ивуаре, Сьерра-­Леоне, Камеруне, Конго, Нигерии и Гане. «Сланцевая революция» в США, и последовавший за ней обвал нефтяных котировок обнажил слабые места проектов и заставил «ЛУКОЙЛ» быстрее принимать инвестиционное решение по продолжению работы по ним. В 2015 году компания отразила убыток по «сухим» скважинам за 2014 год в 9 млрд руб­лей, стремительно покинула проекты в Сьерра-­Леоне (блок SL‑5–11) и на шельфе Кот-д’Ивуара (суммарно пять блоков в Гвинейском заливе). Параллельно с шельфа этих и других стран ушла, а затем и вовсе закрылась американская Panatlantic Exploration, косвенно связанная с руководством «ЛУКОЙЛа» – об ее убытках остается только догадываться. Начавшийся было исход с африканского континента подогрел слухи как о реформе шельфовой добычи в России, так и о продаже итальянского НПЗ «ЛУКОЙЛа» ISAB, ориентированного в том числе и на сырье из Африки.
Наученная горьким опытом, «вододобывающая» компания Вагита Алекперова (как он ее сам называл в интервью в конце 2019 года) ужесточила подход к выбору месторождений, фактически отказавшись от участия в рискованных проектах и решив входить только в хорошо изученные участки, в партнерстве с опытными мейджорами.
На данный момент объявленный выход ExxonMobil из Африки в пользу сланцевых проектов США и Канады становится еще одним шансом для «ЛУКОЙЛа» закрепиться на местном рынке, в перспективе, в качестве крупнейшего инвестора в нефтегазовые проекты континента. Теперь, по словам В. Алекперова, компания рассматривает для себя уже дающее дебет месторождение Zafiro (90 тыс. баррелей в сутки) в Экваториальной Гвинее и ряд газовых проектов, принадлежащих ExxonMobil. Базовое соглашение с властями страны о сотрудничестве «ЛУКОЙЛ» подписал еще на саммите «Россия – Африка» в 2019 году.

Фактически, компания Вагита Алекперова начала заново собирать свой «африканский пакет». Из последних покупок тут – 25 % в проекте Marine XII в Конго за 768 млн долларов, и пакет в 40 % в проекте RSSD (Rufisque, Sangomar и Sangomar Deep) в Республике Сенегал за 300 млн долларов. В активе копании остаются два объекта в Гане – глубоководный проект на блоке Тано (Deepwater Tano/Cape Three Points), по которому в 2018 году получены первые притоки нефти), а также камерунский проект Etinde (доля «ЛУКОЙЛа» в проекте более 30 %), в который компания вошла на закате своего первого тура «африканской кампании» в 2015 году за 200 млн долларов и по которому инвестиционное решение будет принято не раньше 2021 г. Кстати, помимо Zafiro, в Экваториальной Гвинее российская компания уже вошла в проект разработки блока EG‑27 на шельфе страны, предполагающий строительство плавучего СПГ-завода.
Амбициозный «ЛУКОЙЛ» рассчитывает расширить свой бизнес и в Нигерии, крупнейшем производителе нефти на континенте. В конце ноября 2019 года компания нарастила c 18 до 40 % свою долю в геологоразведочном блоке 132, продолжая одновременно работы на блоке 140 (общие запасы двух блоков оценены в 3,3 млрд баррелей нефти) и переговоры с Eni о вхождении в действующий проект Аба (Aba).
Символично, что свою первую покупку в Египте – проекты «ВИМ», «ВИМ Экстеншн» и «Мелейя» – «ЛУКОЙЛ» сохранил и продолжает развивать в соответствии с соглашением.
Участие российских компаний в нефтяной отрасли Египта расширилось в конце 2019 года с подписанием компанией «Зарубежнефть» своего первого африканского соглашения о разделе продукции по блокам South East Ras El Ush (SEREU) и East Gebel El Zeit (EGZ) на шельфе Египта.
В перспективе, по данным источников, «Зарубежнефть» не прочь рассмотреть проекты в Республике Конго, где уже с участием российской АО «ГК «РусГазИнжиниринг» ведется строительство нефтепродуктопровода «Пуэнт-­Нуар – Йе – Ойо – Уэссо».
Нефтяные перспективы есть у ЮАР, которая в 2018 году начала сотрудничество с АО «Росгеология» по разведке и разработке участников E-CB и E-BK в пределах блока 9‑го южного шельфа.

Сжиженные надежды

Но если повышение добычи нефти пока идет исключительно с целью повышения поставок на внешние рынки, то добыча голубого топлива ориентирована, в первую очередь, на внутренний рынок. Предполагается, что спрос на газ гарантируют развитые государства северной и центральной Африки, где ожидается прирост потребления электроэнергии. По данным BP, потребление газа в Африке за последние 10 лет выросло более чем в 1,5 раза – с 95 до 150 млрд кубометров в год. За это же время африканцы в значительной степени смогли нарастить и доказанные запасы – с 11 трлн кубометров до 14,9 трлн кубометров по итогам 2019 года. Впрочем, динамика добычи постепенно начинает отставать от спроса. За последние 10 лет она выросла лишь на четверть с 192‑х до 238 млрд кубометров.
В то же время, поджимаемый российским газом на европейском рынке, экспорт трубопроводного африканского газа за период с 2009 по 2019 год сократился почти на 40 %. Из-за скачков цен на нефть, возросшей конкуренции с «молекулами свободы» из США, а также с Россией, экспорт сжиженного газа также оставался нестабильным и фактически вырос лишь незначительно – с 56 млн тонн в 2009 году до 61,2 млн тонн в прошлом.
Запасы природного газа в Африке, по данным Международного энергетического агентства, составляют 487,8 триллиона кубометров , а производство природного газа занимает до 6,1 % от мирового. В 2019 году инвестиции в новые проекты по добыче газа достигли планки в 103 млрд долларов. Впрочем, подавляющая часть средств вероятно будет потрачена на улавливание, очистку и транспортировку попутного газа, который чаще всего пока сжигается на факелах – это дешевле, чем разведывать новый газовый проект на глубоководном шельфе.
Богатейшей на газ страной в Африке по праву считается Алжир. Страна является крупнейшим в Африке экспортером трубопроводного газа в Европу, занимая до 1/5 от всего газового импорта. По состоянию на начало 2018 года доказанные запасы газа Алжира достигали 4,34 трлн кубометров. Последний год эта страна активно привлекает иностранные компании к работе в своем углеводородном секторе, что поддерживается постоянным ростом добычи, чем, к слову, не может похвастаться ни одна другая крупная страна-­газодобытчик на континенте. В конце 2019 года Алжир изменил законодательство, чтобы облегчить доступ к ресурсам, так как в последние годы из-за бюрократических препятствий объем вложений снижался.
Давними партнерами местной государственной Sonatrach, по закону участвующей во всех проектах иностранных компаний в стране, являются «Газпром». С ним национальная алжирская компания ведет разведку на участке Эль-­Ассель в нефтегазовом бассейне Беркин, а также «Роснефть», которая еще в 2001 году вместе со «Стройтрансгазом» победила в тендере на разведку углеводородов в Алжире. Алжир заключил меморандумы о сотрудничестве со всеми российскими мейджорами. Такая открытость вполне объяснима: алжирская экономика во многом опирается на экспорт углеводородов, доходы от экспорта на 97 % формируются за счет углеводородов. По уровню разведанных запасов нефти – 1,5 млрд тонн – Алжир занимает четвертое место в регионе. Но добыча, идет в основном на старых месторождениях, постепенно ее уровень падает. На сегодня она составляет менее 61 млн тонн в год, поэтому страна делает ставку на газ.
Кстати, именно Алжир стал первой в мире страной-­экспортером СПГ в 1964 г. Сегодня производство СПГ в Алжире идет на 14‑ти производственных линиях, работающих на четырех заводах и имеющих суммарную мощность 34,4 млрд кубометров в год.
Последние инвестиционные решения, принятые в Нигерии, Мозамбике, Египте, а также других странах, говорят в пользу СПГ. Сжиженный газ рассматривается в качестве одного из приоритетных направлений развития ТЭК Африки. Нигерия стоит наряду с Алжиром и Египтом в качестве основного источника газа (49 млрд кубометров, производя до половины от всего экспортируемого с континента СПГ (29 млн тонн из общих 61 млн тонн за 2019 год). Перспективы нигерийского СПГ вовремя заметил «Газпром» – с 2010 года по 2015 год его трейдерская «дочка» закупила 35 партий нигерийского СПГ совокупным объемом 2,1 млн тонн. Для наращивания этих поставок у Нигерии припасена мощная база. Доказанные запасы природного газа в стране, по состоянию на начало 2019 года, достигали 5,35 трлн кубометров. Это первое место в Африке и десятое в мире.
Вероятный конкурент Нигерии на этом рынке – более экономически бедный Мозамбик. Всю историю страны перевернул 2010 год, когда американская нефтегазовая компания Anadarko и итальянская корпорация Eni обнаружили гигантские запасы природного газа на глубоководном шельфе страны. В один момент это вскинуло Мозамбик на 14‑е место по запасам газа в мире, крупнейшее месторождение страны получило название Prosperidade (Процветание) и содержало 29 трлн кубометров голубого топлива. Предполагается, что газ с этого месторождения с 2022 года будет сжижаться в СПГ и экспортироваться в соседние страны континента. По оценкам Энергетического центра бизнес-­школы «Сколково», стоимость сжижения здесь будет ниже, чем, например, у новых австралийских проектов.
Свое место в истории развития африканского СПГ-рынка планирует занять российская «Роснефть». Компания рассматривает Африку как один из своих трех будущих нефтегазовых хабов, рассказывал «Известиям» в июне 2016 года заместитель главного геолога «Роснефти», курирующий блок upstream, Кристофер Инчкомб. Впрочем, до сих пор компании так и не удалось найти подходящий проект для инвестиций. Наиболее подходящий по условиям мог бы стать блок EG‑27 на шельфе Экваториальной Гвинеи, но компанию в аукционе опередил «ЛУКОЙЛ». На сегодня у компании в активе уже имеется 12‑летний контракт на поставку СПГ в Гану в объеме 1,7 млн т в год, но близкого к Гане источника пока не видно. Ранее предполагалось, что потренироваться в экспорте СПГ «Роснефть» на своем совместном с Eni газовом проекте «Зохр» в Египте, крупнейшем в Средиземноморье (запасы оцениваются более чем 850 млрд кубометров газа), но падающая добыча внутри страны пока направляет весь газ на внутренний рынок.

«Подводные камни» залива

Возросший интерес африканских стран к России вполне объясним – на фоне сланцевого ренессанса западные инвестиции заметно ослабели, а разочарование в китайцах, до сих пор остающихся крупнейшими иностранными инвесторами в африканскую экономику, только растет. Но если китайские компании имеют дешевые кредитные средства для инвестирования в сомнительные африканские проекты, то российские компании, напротив, наученные опытом «ЛУКОЙЛа» и ряда межправительственных переговоров, начали вести себя более осмотрительно.
Наиболее распространенной проблемой при входе на африканский рынок становятся налоговые условия и роялти для проекта. Трудности с согласованием условий по роялти и контракту стали одной из причин выхода «Газпрома» из перспективных проектов в Алжире на участке «Эль-­Ассель», где компанией были открыты два нефтяных и два газоконденсатных месторождения. Как правило, стоимость разведки и получения прав на добычу – а не CAPEX на добычу – занимают большую часть в затратах при «входе» на тот или иной африканский проект (см. рис. 1).

На этом фоне кажется мелочью отсутствие квалифицированной рабочей силы на фоне требований правительств восточноафриканских государств привлекать местные трудовые ресурсы при реализации проектов.
Еще одна причина частого отсутствия информации по тому или иному проекту, в том числе в публичной сфере – элементарное затягивание переговоров со стороны африканских властей, старающихся «продать» проект на низкой стадии изученности вместо того, чтобы вести переговоры в том числе о более изученных проектах либо о разработке зрелых месторождений, рассказывает источник в одной из компаний. Бывает так, что местные власти просто перестают выходить на связь или участвовать в переговорах, добавляет он. В таком случае партнерство также разрывалось, даже если между странами уже было подписано межправительственное соглашение, в котором упоминается создание совместного предприятия. Были также случаи, когда власти задерживали выплаты по уже оформленной концессии для оператора, что так же не вселяло надежды на продолжение успешного сотрудничества.
Так, в 2015 году консорциум «Ростеха», Telconet Capital, VTB Capital, «Татнефти» и южнокорейской GS Engineering & Construction, выиграл тендер на строительство в Уганде первого нефтеперерабатывающего завода мощностью 3 млн тонн в год. Через год консорциум был вынужден отказаться от проекта из-за нежелания правительства Уганды выполнить тендерные обязательства.
Впрочем, никто не может гарантировать и того, что в ­какой-то момент нынешние или новые власти в рамках неожиданного антикоррупционного расследования не выдвинут налоговые претензии в адрес концессионера или владельца лицензии на добычу, как это произошло, к примеру, с дочерней компанией «Газпром нефти» – сербской NIS в Анголе в 2013–2014 годах.
Но самые распространенные риски, от которых вряд ли ­кто-то способен застраховать – это правительственный переворот или вой­на с соседним государством. Так, с момента военного переворота в 2011 году добыча и экспорт нефти из Ливии были частично нарушены. На фоне этих новостей цена барреля нефти в конце сентября падала до 40 долларов за бочку. Жертвой вооруженного конфликта стали и отношения с российскими нефтяниками – от проекта в Алжире уже отказалась «Газпром нефть», а компания «Татнефть», имеющая в стране 4 контрактных участка, до сих пор не может вернуть на проекты своих рабочих. По причине близости страны к военному конфликту, к примеру, пока не началось полномасштабное сотрудничество России с Суданом, хотя частные российские инвесторы и были готовы строить здесь завод по переработке попутного нефтяного газа.
Тем не менее на фоне остальных нефтегазовых рынков именно африканский остается наименее изученным и перспективным, а также наиболее близким к будущему эпицентру углеводородного потребления. Поскольку на континенте уже не осталось крупных месторождений угля, нет сомнений, что нефть и газ продолжат увеличивать долю в энергобалансе региона. Конкуренция за эти углеводородные ресурсы, равно как и за потребителя, уже началась. Учитывая сохраняющиеся относительно низкие цены, именно сейчас для России открывается окно возможностей, чтобы обогнать в конкуренции тот же Китай, стремящийся «застолбить» хороший источник энергии для нужд своей экономики. Сегодня Россия на этом поле на голову опережает США и Китай в атомной сфере, строя одну АЭС и договорившись о проработке нескольких проектов  АЭС в Африке. При должной осмотрительности и сохранении политических связей стран на высшем уровне, закрепление России в качестве ведущего оператора нефтегазового будущего Африки становится все более реальным.