Иллюстрация: Право.ru/Петр Козлов
После 30 лет брака супруги Коробкины* делили совместно нажитое имущество: квартиру, дом, участок, гараж, акции, нежилое помещение и «аптечный бизнес ИП Коробкиной», который велся, как того требует закон, по лицензии. Иван Коробкин* претендовал на половину рыночной стоимости такого предприятия – 2,6 млн руб. Два суда включили бизнес в общий перечень и признали право бывшего супруга на 2,6 млн руб. компенсации. Они исходили из того, что супруги организовали аптечную торговлю, еще когда жили вместе и вкладывали в нее общие средства.
Иного мнения оказался Верховный суд, который возразил, что в гражданском праве нет такого объекта, как «бизнес». Это не имущество, а деятельность. Зато в числе объектов есть вещи, включая деньги и ценные бумаги, имущественные права и так далее (ст. 128 ГК). При этом в общее совместное имущество, согласно ст. 34 Семейного кодекса, попадает все, что ИП приобрел во время брака, а также доходы от предпринимательской деятельности, говорится в определении № 81-КГ19-2. А значит, именно это имущество и доходы подлежат разделу в споре Коробкиных. Таким образом, Верховный суд отменил решения нижестоящих инстанций в той части, где они признали «бизнес ИП» объектом раздела и присудили 2,6 млн руб. компенсации бывшему мужу. Дело отправилось на пересмотр в городской суд.
Разделить бизнес ИП и ООО: вопросы и сложности
Возможно, Коробкин просил выплатить ему компенсацию по аналогии с разделом долей в ООО. Здесь два варианта: можно попросить разделить долю или выплатить компенсацию в ее счет. В первом случае супруг может стать участником, если устав не требует получать согласие на вход новых учредителей. Если такое согласие нужно и его нет, то остается право на компенсацию рыночной стоимости доли, делится управляющий партнер КА
Федеральный рейтинг.
группа
Разрешение споров в судах общей юрисдикции
группа
Арбитражное судопроизводство (средние и малые коммерческие споры — mid market)
Анастасия Расторгуева. Поэтому в вопросе раздела долей она советует сначала прочитать устав ООО. Его изучит и суд. Кроме этого, суд выяснит, на кого оформлены доли, кто лично управлял компанией, какова реальная стоимость бизнеса и так далее, перечисляет партнер МКА
Федеральный рейтинг.
группа
Семейное и наследственное право
группа
Трудовое и миграционное право (включая споры)
группа
Уголовное право
Ольга Зеленая.
-
Топ-5 семейных споров: как правильно делить акции и недвижимость
28 июня, 8:30
-
Верховный суд научил платить общий кредит после развода
16 января, 8:48
Но практически невозможно разделить доли, если супруг не числится в учредителях в ЕГРЮЛ, предупреждает Зеленая. По ее словам, семейному законодательству пока чужды такие понятия, как бенефициарные, номинальные владельцы и так далее, особенно если бизнес зарегистрирован за рубежом или в офшоре.
Разделить ИП в целом гораздо сложнее, чем долю в ООО, признают эксперты. Поскольку это не является единым объектом, возникают вопросы, как учитывать доходы и расходы бизнеса. Пример приводит Расторгуева: «Человек ведет бизнес, условно говоря, по пошиву одежды. Раскрутился с помощью рекламы, которую оплачивал общими, семейными деньгами. Если супруги разведутся, то второму ничего? А если бизнес был бы через ООО, то супруг-неучастник мог бы рассчитывать на половину доли в бизнесе или ее компенсацию». Кроме того, у ИП могут быть имущественные права. Например, право аренды или лицензия (как в деле Верховного суда). По словам Расторгуевой, эти имущественные права редко берутся в расчет при разделе. Но если бы они были у ООО, то их бы приняли во внимание при определении стоимости доли, отмечает Расторгуева.
Еще один вопрос при разделе дохода и имущества ИП – на какую дату и на основании каких документов надо определять стоимость имущества: товарно-материальных ценностей, торгового оборудования, остатка в кассе, дебиторской и кредиторской задолженности, говорит партнер АБ
Федеральный рейтинг.
группа
Рынки капиталов
группа
Семейное и наследственное право
группа
Корпоративное право/Слияния и поглощения (high market)
группа
Разрешение споров в судах общей юрисдикции
группа
ТМТ (телекоммуникации, медиа и технологии)
группа
Экологическое право
группа
Арбитражное судопроизводство (средние и малые коммерческие споры — mid market)
группа
Уголовное право
16место
По выручке на юриста
21место
По количеству юристов
30место
По выручке
Профайл компании
Анна Артамонова. Но ясно, что не будет совместным имущество, которое уже находилось у ИП до заключения брака, отмечает эксперт. А если супруг претендует на половину прав требований по займам своего супруга-ИП, то ему надо будет доказать, что переданные деньги ИП были общими, добавляет Артамонова.
* – имя и фамилия изменены редакцией.
- Верховный суд РФ
Одну из самых актуальных и болезненных тем разобрал Верховный суд. В деле, которое он изучал, речь шла о разделе бизнеса, которым занимался исключительно супруг. Но после развода его бывшая жена посчитала, что имеет право на половину его доли в компании. Поскольку, по ее мнению, доля эта «совместно нажита». То есть она хотела не получить деньги за часть бизнеса, а стать его совладелицей. Наравне с экс-супругом. Бизнесмен с этим не согласился. И дама пошла в суд с иском о разделе имущества.
Но в суде она столкнулась с неожиданным препятствием — фирмой владели несколько партнеров. И они выступили против иска. По их мнению, для перехода права на долю в бизнесе требовалось их согласие. Кстати, и в уставе фирмы было положение об обязательном одобрении всеми партнерами смены собственника доли в бизнесе. Но местные суды посчитали возможным переход доли в результате раздела имущества супругов. Но с ними не согласился Верховный суд. А теперь — о деталях спора. У коммерческой структуры, о которой идет речь, было три владельца. Каждый имел долю. Бывший супруг владел 50 процентами уставного капитала. Еще 37,5 процента было у второго коммерсанта и 12,5 процента — у третьего участника. Точнее, участницы. Проблемы на владельца самой крупной доли компании сыпались одна за другой. Сначала его официально признали банкротом, а спустя полгода распался и его брак. После развода его бывшая и обратилась в суд с иском о разделе имущества. Кроме того, экс-супруга заявила права на долю в его бизнесе. К тому же его партнера суд привлек в качестве «третьего лица». Тому вся идея с разделом не понравилась и он возражал. По его мнению, для этого необходимо получить согласие остальных участников. Но суд его довод отклонил. Районный суд решил, что супруга получает в фирме только имущественное, но не корпоративное право. Поэтому суд разделил долю мужа в обществе поровну между супругами. А бывшая жена написала заявление в налоговую, чтобы внести в ЕГРЮЛ сведения о себе, как об еще одном владельце фирмы. Но тогда уже второй совладелец подал в суд иск и попросил вернуть компании долю, которая досталась бывшей жене его компаньона. Коммерсант указал, что по пункту действующего устава общества его участнику разрешается «продать или другим способом отчуждать свою долю только при согласии других участников».
Все три местные суды с этим не согласились. По их мнению, в уставе сказано, что одобрение нужно только для сделки, а право на долю в обществе перешло к бывшей жене «на основании судебного акта». В уставе не сказано о том, как делить доли в случае развода. А значит, одобрения не требовалось. Обиженный партнер дошел до Верховного суда. Там он в качестве аргумента привел позицию Конституционного суда (Определение N 1564-О, от 2014 года).
При разводе супругам лучше сразу самим решить вопрос о разделе доли в бизнесе
КС тогда заявил, что требование об обязательном согласии на переход доли третьим лицам в уставе устанавливается для всех способов отчуждения. Представитель совладельца и истца утверждал, что предыдущие суды неправильно толковали статью 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью («Переход доли или части доли участника общества в уставном капитале общества к другим участникам общества и третьим лицам»). По этой норме согласие других на сделку не требуется.
Представитель бывшей супруги возразил: у его доверительницы было два пути защитить свои права. Первый — заявить себя в качестве кредитора по делу о банкротстве ее мужа, второй — разделить совместно нажитое имущество через суд. Дама изучила устав и решила, что он не запрещает переход доли третьему лицу по решению суда. Согласие участников требуется только при совершении сделки, а решение суда сделкой не считается. Судя по позиции бывшей супруги, она и так владела долей, как совместно нажитым имуществом. Просто было непонятно, какой частью. Так что суд только определил доли. Ситуация с точки зрения юристов выглядит следующим образом. Устав этой фирмы допускает переход доли правопреемникам. Партнеры знали, что у владельца половинной доли есть жена и дети. А значит, понимали, что те могут войти в состав участников. Бывшая супруга не сможет получить имущественный эквивалент своей доли, если ее долю переведут в общество. Зато участники общества получат даром ее долю. Это неосновательное обогащение. Правильный выход — вернуть долю в конкурсную массу. После ее продажи дама получит за свою часть деньги. Эксперты подчеркивают: переход доли после развода не влечет автоматически приобретение статуса участника общества. Для того чтобы не попасть в аналогичную ситуацию, специалисты советуют при разделе имущества супругов определиться с возможностью вхождения супруга в участники общества. Если в уставе есть положение о согласии на это других участников, то в отсутствие такого согласия, платить компенсацию. А Верховный суд отменил решения всех судов и велел пересмотреть спор заново.
Текст: Наталья Козлова
Российская газета — Федеральный выпуск № 135(8486)
- Главная
- Правовые ресурсы
- Подборки материалов
- Раздел имущества супругов доходы от предпринимательской деятельности
Раздел имущества супругов доходы от предпринимательской деятельности
Подборка наиболее важных документов по запросу Раздел имущества супругов доходы от предпринимательской деятельности (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).
Судебная практика
Подборка судебных решений за 2022 год: Статья 210 «Налоговая база» главы 23 «Налог на доходы физических лиц» НК РФ
(Юридическая компания «TAXOLOGY»)В совместной собственности супругов находилось нежилое помещение. Супруг был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя. Супруга нотариально оформленной доверенностью уполномочила своего супруга сдавать в аренду на срок, за цену и на условиях по его усмотрению в том числе это нежилое помещение с правом заключения и подписания договора аренды, получения следуемых ей денег, с наделением супруга статусом уполномоченного лица при сдаче недвижимого имущества в аренду. Супруг заключил с арендатором договор, получаемую арендную плату учитывал в налоговой базе по УСН, облагая по ставке 6 процентов. Налоговый орган полагал, что половина получаемой арендной платы является доходами супруги, подлежащими обложению НДФЛ по ставке 13 процентов, и обратился в суд с целью взыскания недоимки. Супруга в суде указала, что доходов от сдачи имущества в аренду не получала, взыскание с нее НДФЛ в размере половины полученного ее супругом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, дохода незаконно изменяет режим совместной собственности супругов и переводит общую собственность супругов в долевую. ВС РФ пришел к выводу об отсутствии у супруги обязанности уплачивать НДФЛ с арендной платы. ВС РФ указал, что действующее законодательство не запрещает индивидуальному предпринимателю, применяющему УСН, в предпринимательских целях сдавать в аренду недвижимое имущество, находящееся в совместной собственности его и супруга, если он получил на это нотариально удостоверенное согласие последнего. При наличии такого условия предприниматель имеет право заключать договоры аренды от своего имени. При этом полученный индивидуальным предпринимателем, применяющим УСН, доход от сдачи в аренду нежилого помещения с согласия супруга, удостоверенного в нотариальном порядке, в полном объеме облагается налогом в рамках УСН в соответствии с положениями гл. 26.2 НК РФ. В данном случае супруг осуществлял предпринимательскую деятельность самостоятельно, как налогоплательщик вел учет своих доходов и расходов, самостоятельно сдавал декларации в налоговый орган, имущество использовалось им в предпринимательской деятельности, со стороны супруги притязаний на доходы от сдачи имущества в аренду заявлено не было. Документов, подтверждающих заключение между супругами договоров или иных соглашений о разделе совместно нажитого имущества и извлекаемых при его использовании доходов, не представлено. Ни договор аренды, ни доверенность не содержат сведений о распределении между супругами как участниками совместной собственности поступившего дохода от сдачи в аренду объекта. Отдельного соглашения о распределении прибыли от сдачи общего имущества в аренду, в том числе в целях последующего налогообложения, между супругами не заключено, что свидетельствует о том, что вся поступившая от сдачи в аренду нежилого помещения арендная плата образует доход, извлеченный супругом в результате осуществления предпринимательской деятельности по распоряжению данным имуществом. Супруга арендодателя не участвовала в заключении договора, а лишь дала свое согласие на распоряжение имуществом, находящимся в их с супругом совместной собственности, оформленное в виде нотариально удостоверенной доверенности. Супруг, осуществляющий предпринимательскую деятельность единолично, а не совместно с супругой, самостоятельно распорядился общим имуществом в соответствии с полномочием, предоставленным ему нормой п. 3 ст. 253 ГК РФ. Доход, полученный от использования общего имущества в предпринимательской деятельности, получен именно супругом.
Подборка судебных решений за 2020 год: Статья 34 «Совместная собственность супругов» СК РФ
(Арбитражный суд Уральского округа)По общему правилу, доходы от предпринимательской деятельности относятся к общему имуществу супругов. При осуществлении предпринимательской деятельности в период брака одним из супругов предполагается получение от нее дохода, который поступает в совместную собственность супругов и на который распространяется режим общего имущества супругов, что свидетельствует о получении финансовой выгоды вторым супругом, то есть поступлении денежных средств в том числе в его пользу. При этом, исходя из того, что общее имущество принадлежит обоим супругам и до его раздела нельзя определить, в каких долях оно принадлежит каждому, затраты в виде перечисления общих средств кредитору — это затраты обоих супругов. Следовательно, при погашении задолженности одним супругом за другого супруга предполагается, что оплата производится за счет общих средств, и в этом случае такое погашение не может быть противопоставлено требованиям внешних кредиторов. Аналогичная ситуация возникает и в случае заемных отношений между супругами.
Статьи, комментарии, ответы на вопросы
Статья: Юридическая природа бизнеса супругов в цивилистической парадигме
(Левушкин А.Н.)
(«Гражданское право», 2020, N 2)Необходимо признать, что в настоящий период в гражданском и семейном законодательстве РФ отсутствуют нормы, раскрывающие в полной мере правовой режим доходов от предпринимательской деятельности и бизнеса супругов, а также отвечающие на вопросы, затронутые в настоящей статье. Однако исходя из анализа судебной практики и действующих норм права, можно сделать вывод, что закрепление в специальном законе о семейном предпринимательстве норм, раскрывающих правовой режим доходов от предпринимательской деятельности и порядок их разделения между супругами, разрешило бы множество актуальных на данный момент вопросов, так как однозначного ответа нет и в судебной практике на настоящий момент, и многие супруги, занимающиеся предпринимательской деятельностью, сталкиваются с проблемами при разделе имущества, в частности доходов от предпринимательской деятельности.
Нормативные акты
«Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2019)»
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.11.2019)Определением того же суда, оставленным без изменения апелляционным определением, возвращено исковое заявление Е. к В. о разделе совместно нажитого имущества, находящегося за пределами Российской Федерации, а также взыскании с ответчика суммы полученных им в период брака доходов от предпринимательской деятельности, осуществляемой за пределами Российской Федерации, и суммы полученных в период брака доходов от сдачи в аренду принадлежащего супругам недвижимого имущества, расположенного на территории иностранных государств. Разъяснено, что истец вправе обратиться с данными требованиями в компетентный суд по месту нахождения движимого и недвижимого имущества.
Поэтому разъяснения, которые дала по конкретному спору Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда РФ, может оказаться очень полезным. Ведь высокой судебной инстанции пришлось пересматривать решение своих коллег в регионе, неправильно разделивших семейный бизнес супругов.
Судебная практика последних лет показывает, что легче всего при разводе разделить бизнес, если это общество с ограниченной ответственностью. В таком случае бывшей второй половине присуждают долю в компании или компенсацию ее рыночной стоимости.
По мнению ВС, в гражданском праве нет такого объекта, как «бизнес». Бизнес — это деятельность
А что делать, если у распавшейся семьи было так называемое ИП, то есть член семьи был индивидуальным предпринимателем?
По статистике, в прошлом году в нашей стране таких официально зарегистрированных и работающих индивидуальных предпринимателей было чуть меньше пяти миллионов человек.
Учитывая, что на развитие подобного мелкого предпринимательства, по общим правилам, идут семейные деньги, деление бизнеса в форме ИП касается не меньше десяти миллионов человек. Ведь когда человек зарегистрирован как индивидуальный предприниматель, понятно, что он вкладывает в дело семейные деньги.
В случае, о котором пойдет речь, местные суды при дележе совместно нажитого имущества поступили стандартно, потому что спор им показался самым обычным.
Правовые тонкости семейных отношений эксперты «РГ» разбирают в рубрике «Юрконсультация»
Все началось с того, что районный суд принял иск о разделе общего имущества супругов после развода. В суд они пошли потому, что разделить мирно и самостоятельно все нажитое за годы брака у них не получилось. У семьи был «аптечный бизнес». Проще говоря, у индивидуального предпринимателя — бывшей супруги, имелся аптечный киоск.
Иск был рассмотрен. В итоге районный суд присудил супругу компенсацию за бизнес жены. Апелляция в лице городского суда с таким решением согласилась. Но этот вердикт не устроил одну из сторон судебного спора, и недовольный дележом супруг пошел дальше и выше, оспаривая решения местных судов.
Так дело попало в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда РФ. Там изучили материалы и аргументы. И решение по разделу совместно нажитого имущества Верховный суд РФ посчитал неправильным. И объяснил коллегам, почему.
Наша история началась с раздела совместно нажитого добра. Судя по материалам, имеющимся в деле, этот брак распался, и супруги начали делить следующее имущество, нажитое за тридцать лет совместной жизни — квартиру, дачный дом, участок, гараж, акции, нежилое помещение и «аптечный бизнес ИП», который велся, как того требует закон, по лицензии.
Одна из сторон спора — супруг — рассчитывал при дележе получить половину рыночной стоимости аптечного бизнеса. Судя по материалам в деле, эта половина была оценена в 2,6 миллиона рублей.
Местные суды поступили так — они включили «аптечный бизнес ИП» в общий перечень того, что подлежит разделу. Поэтому районный суд признал право бывшего супруга на те самые 2,6 миллиона рублей компенсации. Районный суд решил, а апелляция в лице городского суда с ним согласилась, что супруги организовали аптечную торговлю в тот период, когда еще жили вместе и вкладывали в аптечный киоск общие средства.
Но такие выводы не устроили Судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда РФ. Высокий суд высказал иное мнение.
Свои разъяснения Верховный суд РФ начал с Гражданского кодекса. По мнению высокой судебной инстанции, в отечественном гражданском праве нет такого объекта, как «бизнес». Бизнес, подчеркнул Верховный суд РФ, — это не имущество. Бизнес — это деятельность. Зато в числе объектов, которые подлежат разделу в нашем деле, есть вещи, включая деньги и ценные бумаги, имущественные права и так далее. Все, что прописано в статье 128 Гражданского кодекса РФ. Верховный суд обратил внимание коллег на Семейный кодекс РФ. В общее совместное имущество супругов, согласно статье 34 Семейного кодекса РФ, попадает все, что индивидуальный предприниматель приобрел за годы брака, а также доходы от предпринимательской деятельности. То есть делить при разводе надо не абстрактный бизнес, а доход от работы аптечного киоска и права на киоск.
Из этого Верховный суд делает вывод — значит, именно это имущество и именно эти доходы подлежат разделу в споре о разделе совместно нажитого . Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда РФ отменила решение своих коллег из региональных судов в той части, где местные суды признали «бизнес ИП» объектом раздела, и то решение, где они присудили 2,6 миллиона рублей компенсации бывшему мужу.
Дело с отмененным решением отправлено в городской суд, который учтет разъяснения Верховного суда.
Один из адвокатов указал, что в бракоразводных делах с разделом совместно нажитого имущества действительно встречается практика выдела доли супруга в хозяйственных обществах, но этот вопрос не касается рыночной стоимости бизнеса. Второй отметил, что при решении данного вопроса суды нижестоящих инстанций неправильно определили имущество, которое подлежит разделу.
26 марта Верховный Суд вынес Определение № 81-КГ19-2, в котором разобрался, может ли бизнес индивидуального предпринимателя, начатый в период брака, являться предметом раздела совместно нажитого имущества супругов при разводе.
Елена Коробицына обратилась в Гурьевский городской суд Кемеровской области с иском к бывшему супругу Александру Коробицыну о разделе совместно нажитого имущества. Она указала, что ими в период брака за счет общих денежных средств было приобретено движимое и недвижимое имущество. При этом квартира и гараж были оформлены в собственность матери мужа. Еще одна квартира была приобретена истицей на личные деньги. Она попросила признать данную квартиру ее личным имуществом, взыскать с мужа компенсацию за половину доли в праве собственности на общее имущество в сумме более 700 тыс. руб.
Александр Коробицын обратился в суд со встречным исковым заявлением. В нем он просил взыскать с бывшей жены компенсацию в размере половины стоимости нежилого помещения, половину рыночной стоимости бизнеса индивидуальной предпринимательской деятельности супруги, а также половину денежного вклада в сумме более 170 тыс. руб. Александр Коробицын указал, что имущество было приобретено в браке, оформлено на имя их сына на основании договора дарения от 29 января 2016 г., заключенного супругой в отсутствие согласия мужа на совершение сделки.
17 мая 2018 г. первая инстанция признала совместным имуществом супругов жилой дом и земельный участок, гараж, более 634,5 тыс. акций, оружие, нежилое помещение и бизнес ИП Елены Коробицыной.
В собственность Александра Коробицына были переданы жилой дом и земельный участок, гараж, акции и оружие. Супруга получила нежилое помещение и бизнес. В счет разницы в стоимости переданного супругам имущества с жены была взыскана денежная компенсация в размере половины доли бизнеса – более 2,6 млн руб. Суд отметил, что предприятие было организовано в период совместного проживания сторон и на его организацию были затрачены совместные деньги. Квартира была признана собственностью Елены Коробицыной.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда решение первой инстанции было оставлено без изменения, в связи с чем Елена Коробицына обратилась в ВС с кассационной жалобой.
Рассмотрев дело, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда указала, что в соответствии со ст. 34 Семейного кодекса к общему имуществу супругов относятся доходы каждого из них от трудовой, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения. Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.
Суд отметил, что в соответствии с разъяснениями, данными в Постановлении Пленума ВС РФ от 5 ноября 1998 г. № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу, является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу ст. 128, 129, п. 1 и 2 ст. 213 ГК может быть объектом права собственности граждан независимо от того, на имя кого из супругов или кем из супругов оно было приобретено или кем внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества.
ВС напомнил, что согласно ст. 128 ГК к объектам гражданских прав относятся вещи, включая наличные деньги и документарные ценные бумаги, иное имущество, в том числе безналичные денежные средства, бездокументарные ценные бумаги, имущественные права, результаты работ и оказание услуг, охраняемые результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальная собственность) и нематериальные блага. В силу ч. 2 ст. 56 ГПК суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.
Из приведенных положений следует, что одним из юридически значимых обстоятельств по данному делу являлось выяснение вопроса о том, является ли бизнес Елены Коробицыной объектом гражданских прав, однако нижестоящий суд указанные обстоятельства не учел. «Суд не учел, что сам бизнес самостоятельным объектом права, предусмотренным гражданским законодательством, не является, а представляет собой деятельность, ведение которой происходит в одной из организационно- правовых форм коммерческих организаций, а также индивидуальными предпринимателями», – подчеркнул ВС.
Он указал, что имущество, приобретаемое ИП в период брака в процессе своей деятельности, а также доходы от нее в силу ст. 34 СК являются общим совместным имуществом. «Таким образом, предметом раздела между супругами могут быть доходы от предпринимательской деятельности и имущество, приобретенное индивидуальным предпринимателем в период брака», – заключил Суд.
Так, ВС отменил решения нижестоящих судов в части признания бизнеса совместным имуществом супругов и его раздела, а также взыскания с Елены Коробицыной денежной компенсации в пользу бывшего мужа, направил дело на новое рассмотрение в указанной части в суд первой инстанции.
Комментируя «АГ» позицию Верховного Суда, адвокат АП г. Москвы Арсен Егиазарян назвал ее обоснованной. Он отметил, что нижестоящие инстанции неправильно определили имущество, которое подлежит разделу суды, указав на «1/2 рыночной стоимости предприятия (бизнеса) индивидуальной деятельности».
«Суды не конкретизировали данный объект для решения вопроса о разделе. Необходимо установить, что именно включено в понятие “бизнес”. Например, это может быть помещение, которое было получено в аренду, а также имущество и оборудование, которое было куплено супругами и используется в процессе деятельности, а также доход, который был получен в результате такой предпринимательской деятельности. Поэтому предметом раздела должно быть в отдельности конкретное движимое или недвижимое имущество, а также доход от предпринимательской деятельности. При таком подходе к решению вопроса, в совокупности, можно уже провести оценку имущества, определить размер доходов от предпринимательской деятельности, и если суд принимает решение оставить данное имущество одной стороне, то данная сторона должна компенсировать другой стороне половину стоимости имущества», – пояснил Арсен Егиазарян.
Адвокат также посчитал, что правоприменительную практику постановление ВС не изменит, так как оценку имущества и доходов от предпринимательской деятельности стороны, как правило, определяют для себя в процессе спора. «Кроме того, если в исковом заявлении о разделе совместно нажитого имущества, одна сторона просит осуществить раздел 1/2 бизнеса, который супруги организовали в процессе брака, то судам следует разъяснять сторонам спора, что они не могут требовать раздела бизнеса, они должны конкретизировать каждый предмет раздела и обосновать требование», – подчеркнул Арсен Егиазарян.
Адвокат МКА «Адвокат» Максим Жмурков указал, что в бракоразводных делах с разделом совместно нажитого имущества действительно встречается практика выдела доли супруга, например в ООО. «В такой ситуации затрагиваются вопросы безопасности корпорации, которые могут быть решены, в частности, через запрет в уставе или в специальном договоре участников общества. Но в этом случае речь идет о доле в уставном капитале общества, а не о рыночной стоимости бизнеса, поскольку последняя категория, как справедливо заметил ВС РФ, не принадлежит к объектам гражданских прав. Рыночная стоимость бизнеса определяется экспертными методами и представляет собой, по сути, оценку бизнеса как деятельности и не только является оценочной категорией, но и крайне изменчивой в различные моменты времени», – отметил адвокат.
«Однако если среди целей определения рыночной стоимости бизнеса могут быть установление стоимости объекта залога (при ипотеке) в разделах и поглощениях, реструктуризации, ликвидации предприятия и т.п., то почему бы не применить ее для цели выделения долей при разделе имущества бывших супругов. Это ведь тоже способ добиться оценки совместного имущества», – указал Максим Жмурков.